Песнь о буревестнике Зумеры стали такими, какие они есть, потому что они выросли в соответствующее время. На их юные мозги обрушилась первая волна цифровой революции – слишком много токсичного контента, слишком легкий доступ, слишком мало прозрачности в сети, слишком мало ответственности. Это дикий техносоциализм, эпоха интернет-пиратства. Отсюда выросло поколение травмы. Буквально: поколение, травмированное этой волной хейта, буллинга, троллинга, нереалистичных стандартов. И научившееся ему противостоять – через принятие и эстетизацию своего несовершенства, через отказ от гонки за успехом, через пассивное, улыбчивое сопротивление ценностям отцов и дедов (скуфов и бумеров), через приоритет собственного душевного баланса, через отказ соответствовать ожиданиям. Они правы по сути, как всегда правы дети и новые поколения. Но и как всегда – часто неправы по форме. Чем дальше в лес – тем важнее повзрослеть и преодолеть юношеский максимализм. Вместо пассивного сопротивления – активное творчество. Вместо расчесывания своих проблем – пестование своих достоинств. Вместо побега от реальности – нырок в нее. Вместо гнилого декадентства – сила футуризма. Вместо индивидуального кокона – коллективное действие. Надо быть сильными и красивыми. Что бы ни говорили, это единственный путь к мечте.