«Умри, моя любовь» Мир скукожился до домика. Теперь он, домик, мое убежище. Теперь он, домик, моя шкатулочка. Маленькая розовая шкатулочка, с нарисованными ласточками на крышке. И я в ней – фарфоровая фигурка, а вокруг только тьма и музыка. Музыка тьмы. Раскроешь – огонь вырвется наружу. Огонь сожжет все дотла. Огонь – единственное, что остается, когда ты сломан, и весь мир сломан, и твой рот – склеен. И все орет вокруг – машины, собаки, дети – и ты орешь, но голоса нет, сил нет, тебя... В этой фарфоровой куколке слишком тесно, эта фарфоровая куколка скоро лопнет, останусь я – совсем нагая, совсем беспомощная, бестелесная. И тогда я стану жить в каждом домике, и тогда я буду смотреть на людей, смотрящих на меня, и становится ими. Поселять в них крошечные огонечки моего хаоса. А они будут сидеть в темноте и думать, что смотрят кино о материнстве.