Маяковский и Несмелов если посмотреть на чисто военный сегмент поэтов русской белоэмиграции, то несомненным лидером по творческому дарованию будет Арсений Несмелов. Туроверов и Савин тоже хороши, Бехтеев (автор популярных строк «Кровавым пожаром зарделась заря») — уже меньше, но все они заметно слабее Несмелова. у последнего есть стихотворение, посвященное Маяковскому — «Оборотень». причем не карикатура, не издевка, а весьма позитивное. также существует свидетельство одного из харбинских литераторов, занимавшихся у Несмелова: Однажды в 1943 г. на занятиях по советской литературе с молодыми харбинскими поэтами Арсения Ивановича спросили: — Кто самый выдающийся из советских поэтов? — Разумеется, Константин Симонов, Самуил Маршак, — неожиданно ответил он. когда у Несмелова спросили о Есенине и Маяковском, тот ответил: — Маяковский – великий поэт, это я говорю искренне, хотя меня он не любил. А Есенин – такой же советский поэт, как и я [в смысле вообще не советский — прим.]. характерно, что глубокая идеологическая пропасть не помешала Несмелову высоко оценить Маяковского, как и положительно отметить Симонова. с первым белого поэта разделял фронт Гражданской войны, а со вторым — Второй мировой (Несмелов поддерживал Японию против СССР, писал стихи в пику «оборонцам»). но с Маяковским есть забавный нюанс. я не нашел прямого подтверждения его нелюбви к Несмелову, зато попалось свидетельство Сергея Третьякова, футуриста из ближайшего круга Маяковского по ЛЕФу. в 1924 году Третьяков передал Несмелову привет от Маяковского: «Ваш "Оборотень", посвященный Владимиру, полюбился ему. Шагая по комнате, Владимир рычит: "Он был когда-нибудь бизоном, //И в дебрях, в вервиях лиан, //Дышал стремительным озоном, //Луной кровавой осиян..."». советская печать гнобила Маяковского, тем самым косвенно толкнув его на самоубийство в 1930 году. живой Владимир своим же красным оказался не к месту, а после смерти мешаться под ногами уже не мог — удобная почва для создания культа главного советского поэта была готова. а в 1945 году, когда большевистская армия пришла в Харбин, Несмелова с другими эмигрантами арестовали и отправили умирать в советскую тюрьму. таким образом, лучший поэт красных и лучший поэт белых могли друг друга принять. но режим красных мог обоих только убить.