«Скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты», или Как «патриот» Шмёлев Гитлера благословлял В день рождения Ивана Шмёлева вся нацистско-монархическая сетка стала петь ему осанну, восторгаться «русским гением» и «православным писателем». И, конечно, цитировать его злобные выпады против Советской власти. То, что писатель до зубодробительной боли ненавидел всё советское, не секрет, и, как говорится, его право. Но, как писал поэт: «но диалектика права — единства требует борьба». И вот Шмёлев нашёл себя в союзе с фашистами. Не просто поддержал, а жил на их деньги: в период оккупации Парижа Шмёлев не стал голодать, как Бунин, а начал строчить рассказики в газетку «Парижский вестник» и получать от неё гонорары. Что это за газета, он не мог не знать: даже если он не понимал, что она спонсируется системой нацистской пропаганды, то видел, что её автор — группенфюрер СС Краснов, она хвалит РОА и вербует русских эмигрантов на войну с Россией — Советским Союзом. После войны, когда быть фашистом уже стало немодным, Шмёлев кричал «я не я», «просто кушать было хоца», а потом и вовсешёл в наступление: «Я утверждаю совсем обратное: я работал против немцев, против преследуемой ими цели — в отношении России... Почему там печатался? А вот почему... Я шёл на жертву, работая в такой газетке. Но что же делать? Хоть через вражий орган „шептать“ правду...». Вот так «шептал», а серебреники от нацистов в котомку складывал. Но, может, и правду говорит «русский гений» — фашистов не любил, но был вынужден писать? Правда, незадача: автор фальшивок о «красном терроре» и, как понимаете, тоже большой враг Советов Сергей Мельгунов почему-то в дневниковой записи от 27 июля 1941 года сообщает о своём общении с писателем: «Шмёлев так и говорит: с фюрером — Бог». Оклеветали? Ну что ж, не буду вас томить, дам слово самому «русскому гению» Ивану Шмёлеву, процитирую его письма: 30 сентября 1941 года о нападении гитлеровской Германии на СССР: «Я так озарён событием 22.VI., великим подвигом Рыцаря, поднявшего меч на Дьявола. Верю крепко, что крепкие узы братства отныне свяжут оба великих народа. Великие страдания очищают и возносят. Господи, как бьётся сердце моё, радостью несказанной… Ваш Ив. Шмёлев». 9 октября 1941 года он так откликается на тяжелейшее поражение Красной Армии, оказавшейся в «Вяземском котле», где погибло почти 400 000 солдат: «…знал, что будет что-то важное сегодня, оставил радио открытым… Ведь вчера был день моего Серёжечки, преп. Сергия Радонежского, России покровителя. Я ждал. Я так ждал отзвука — благовестия ждал — с „Куликова поля“! … Я не обманулся сердцем, Преподобный отозвался… Я услыхал фанфары, барабан — в 2 ч. 30 мин. — специальное коммюнике: прорван фронт дьявола, под Вязьмой, перед Москвой, армии окружены… идёт разделка, Преподобный в вотчину свою вступает. Божье творится не нашими путями, а Его — невнятными для нас… Твой Ив. Шмёлев». 18 июня 1942 года он с восторгом писал: «Ныне приносится страшная жертва кровью… во искупление грехов мира… — и молюсь — да дарует Господь истребления большевистской чумы!» А на информацию об угоне миллионов русских людей в концлагеря и на рабскую работу в Германию убеждал: «Немцы спасают народ от голода, отправляя в Германию на работы. Надо знать всё. Оля, знай: герои те, кто сейчас едут туда, помогают освободителям! Мне пишут святые женщины. Их мужья едут, и они их благословляют. Это — русские женщины, героини…». Вот такие «гении» и «патриоты» у наших монархистов-националистов. Как говорится, делайте выводы сами. ----- Ищите меня в дзен.