Открываем нашу новую рубрику «Рецепты из советского кино»рецептом «Заливной рыбы» из самого новогоднего фильма всех времен и народов - «Иронии судьбы или с легким паром» режиссера Эльдара Рязанова «Какая гадость! Какая гадость — эта ваша заливная рыба!» сказал Ипполит, не оценивший по достоинству кулинарные старания Нади Шевелевой! Если у меня когда-нибудь дойдут руки до написания «Большой Советской Энциклопедии Детского Питания» — именно этими словами Ипполита Георгиевича из «Иронии судьбы» моя книга будет начинаться. Что там за рыба такая заливная? Кто её пробовал, кроме Жени Лукашина и Ипполита? К слову! Где дети — и где рыба? Рыбную котлетку с пюрешечкой, пропихнуть в себя по малолетству и оголодалости ещё можно. Но чтоб какими-то там заливными рыбами днями напролёт наслаждаться, ногу на ногу в колготках-трениках перед теликом закинув и за Волком из «Ну погоди!» пристально следя — это совершенно никак невозможно! «Причём тут дети?! Автор, похоже хорошо отдохнул!» — горестно воскликнет вдумчивый читатель. И будет не прав. А вот при чём! «Заливное из рыбы» совершеннейшейгадости (как я по молодости лет и думал) — есть величайший секрет советского кинематографа. Всякие там почки верчёные и щучьи щёчки копчёные, не вполне ясные и понятные советскому зрителю заморские икры баклаженевые, чебУреки из ресторана «Арагви», хитрый салат, в который непременно надо яблочко добавлять, харчо, уху и «вермишелевый со звёздочками и петушком» — с этим мы разберёмся. А вот «заливное», которое гадость — тут придётся потрудиться. Дед наш Вильям Похлёбкин, касаемо из глубины веков пришедших заливных (как и студней-холодцов в целом), высказывается, с исторической точки зрения, не особо благоприятно: «В России делали разные студни — и мясные, и рыбные, используя в них крошенину — кусочки пищевого материала, обычно ставшие результатом отходов от основных блюд русского стола. Добротные по материалу и вкусу, эти яства не обладали парадным видом, долгое время оставались простонародными блюдами, были мутны, серы, бесцветны и не очень привлекательны. Французские поваpa для заливного стали выбирать самые лучшие, самые вкусные, самые красивые куски рыбы и мяса и нарезать их так, чтобы была явственнее видна их естественная фактура. Бульон для такого блюда процеживался через ткань до состояния прозрачного и крепкого раствора, который исполнял бы роль прозрачного стекла, прикрывающего драгоценное изделие, а еще лучше роль увеличительного стекла, помогающего усиливать его достоинства. Мастера высокой кухни придумывали рецепты осветления бульонов, их легкое подкрашивание куркумой, шафраном и лимонной цедрой для придания им золотистого, слегка зеленоватого или желтоватого оттенка и, снабдив эти бульоны желирующим материалом —рыбьим клеем, довели заливные до прочного и прозрачного состояния в сочетании с нежнейшей консистенцией. Для повышения вкусовых качеств желе–заливки они ввели в состав бульона отвары пряностей и яркие добавки овощей и фруктов — моркови, лимона, померанца, лаврового листа». Натурально, произведение русско-французского кулинарного искусства! А теперь вспомним, кто по сценарию «Иронии судьбы» должен был всё вышеописанное приготовить для любимого мужчины (и это не считая дорогущей электробритвы «Агидель» с плавающими ножами!) Симпатичная учительница русского языка и литературы Надя! Та самая Надя, уставшая от проверки школьных тетрадей и надоевших советских школьников. А еще от вечно ревнивого Ипполита, которому по абсолютно непонятной причине, надо было объяснять кто именно и почему лежит у неё на кровати? Да какая, простите, разница, кто там лежит? Кто надо! Тот и лежит! Впрочем, мы с вами критически отвлеклись. Конечно, сами мы ту «Заливную рыбу» не пробовали, хоть и любим Надю Шевелеву горячо, раз каждый год смотрим про ее попытку найти свое счастье в новогоднюю ночь. Но, вот вам проверенный временем рецепт «Заливной рыбы»! И где скажите, взять на него сил красивой, несколько уставшей женщине, окружённой эээ.... сами знаете кем! Читаем далее 👉🏻