Гурьевская каша (часть вторая) Каша та, какую бы родословную она не имела, чудо как хороша. В приготовлении сложна. И самим фактом своего существования напоминает нам о неких киселях небесных, до которых очень бы хотелось дожить. Мистическое блюдо. И я бы сказал — возвышенное. Вот вам и от деда Вильяма Похлебкина наиподробнейший рецепт: «1,25 л сливок, 0,5 стакана манной крупы, 0,5 кг орехов (лешины, кедровых, грецких), десять орехов горького миндаляили 4-5 капель миндальной эссенции, 0,5 стакана сахара, 0,5 стакана варенья (клубничного, земляничного или вишневого без косточек), 2 столовые ложки сливочного масла, 3-4 чайных ложки молотой лимонной цедры, 2 чайных ложки корицы, 0,25 чайной ложки молотого бадьяна. Орехи, очищенные от скорлупы, залить кипятком на 2-3 минуты, очистить от тонкой кожицы, подсушить и истолочь в ступке, подливая по чайной ложке теплой воды к каждой полной столовой ложке орехов. Сложить в чашку. Подготовить пенки, для чего сливки вылить в плоскуюпосуду (чугунную эмалированную сковороду), поставить в нагретую духовку и снимать образующиеся крепкие пенки, когда они начнут румяниться, складывая их в отдельную посуду. Собрать 12-15 пенок. На оставшихся сливках или молоке сварить густую хорошо разваренную манную кашу, всыпать в нее толченые орехи, сахар, масло, растертые пряности, перемешать. В огнеупорную эмалированную сковороду с высокими краями или широкий плоский сотейник налить немного подготовленной манной каши, чтобы образовался слой в 0,5-1 см, закрыть его пенкой, вновь налить слой каши потоньше, вновь переслоить пенкой и т. д. В предпоследний слой добавить немного варенья и бадьян. Поставить на десять минут в предварительно хорошо нагретую духовку, на слабом огне. Затем вынуть, залить сверху оставшимся вареньем (большей частью) и подать в той посуде, в которой готовили кашу. Вот и весь рецепт! И никаких особых хитростей. Так что принимайтесь — жизнь не ждёт, да и время не ждёт. Аппетит нагуляете в процессе. Теперь о главном — готовила ли бабушка моя гурьевскую упомянутую кашу для единственного своего и горячо любимого внука? Нет, не готовила. Тут уж, и рад бы, да только есть — как есть. Гурьевскую кашу много позже готовила мне любимая моя тётушка. Та самая, что и по куличам была мастерица. Сам же я за гурьевскую кашу берусь чрезвычайно редко и всё больше — в дни новогодних торжеств. А бабушкину манку, без комочков, нежнейшую — помню и помнить буду всю свою жизнь. Память — на ней мы стоим, она наша опора. Готовьте вкусно и будьте счастливы. До будущего четверга. Всегда ваш, Сергей Цветаев.