"Недружественные" завтраки сложились не за один день. Понятно, что культура и разнообразие блюд, характерные для них, тоже складывались не в течение недели, а за длительный период. Мы в самом начале пути… Неделю назад стало известно, что Минпромторг предложил общепиту обогатить меню "русским завтраком". Чиновники написали: Традиции русского завтрака складывались на протяжении многих веков. В одном из древнейших произведений русской литературы, "Слове о полку Игореве" ХІІ века, главный герой добывает себе на завтрак пернатую дичь Тут я признаюсь, что у меня есть профессиональная слабость. Мне очень нравятся такие темы, где оттолкнувшись от, казалось бы, узкого и малозначительного повода можно порассуждать о серьезных вещах. К примеру, о том, что мы считаем традицией, какое она реально имеет отношение к прошлому. Ведь, как отметил в разговоре со мной историк Виктор Ковалев: "большую часть истории люди на завтрак ели то, что осталось с ужина". Идея того, что "ем колбаски, потому что немец", "ношу кокошник, потому что русская", "болею за футбол, потому что англичанин" появилась довольно поздно. Это произошло веке в XVIII—XIX, когда в Европе складывались национальные государства и немцам стало важно отличаться от французов, а итальянцам — от испанцев. Как отмечает Виктор Ковалев: Можно вспомнить, как Теккерей в "Ярмарке тщеславия" писал, что англичане сильнее французов, потому что на острове едят говяжьи ребра, а во Франции — не пойми что. Или славянофила Хомякова, который одевался так, как, по его мнению, это делали в Древней Руси. В итоге современники-крестьяне принимали его за перса Но даже тут есть загвоздка. В XIX веке сложился образ русского завтрака, но сегодня он нам показался бы экзотикой. Как отмечает историк русской кухни Даниил Ведерников, Толстой и его современники вообще не называли первую трапезу дня завтраком: Завтрак в XIX веке у среднего класса и высших слоев — это еда с 12 до 15 часов. Он состоял из трех-четырех блюд и начинался с водки Такое сегодня сложно повторить. Впрочем, по-хорошему и не надо. Потому что традиции прекрасно могут создаваться вновь. Они вовсе не обязаны отсылать к прошлому — они вполне могут быть переплетением старого и нового. Правда, чтобы это переплетение вышло удачным, надо разбираться как в первом, так и во втором. Как отметил шеф-повар Игорь Гришечкин: Можно вспомнить драчену, старинное блюдо из яиц, молока и муки... Или крупеник — запеканку из гречки и творога. Конечно, нужно не просто воспроизводить старинные рецепты, а еще и переосмыслять их. Почему бы не приготовить драчену с белыми грибами, подавать пряженцы с икрой, а к крупенику добавлять сезонные ягоды? Наверное, главная проблема, что большинство борцов за аутентику вряд ли вспомнит крупеник или дречену? В общем кутой текст получился — читайте! P.S. Сразу после выхода он стал еще актуальнее, ведь знамя борьбы за русскую кухню подхватил общественник Виталий Бородин, предложив запретить пиццу как "заморский фастфуд" и "мягкую силу в картонной коробке".