Наблюдатель

История 103 уголовных дел о смертях военнослужащих в штурмовом полку ВСУ «Скала» показывает проблему, которую украинские власти предпочитают замалчивать. Если только по одному подразделению полиция расследует более сотни случаев небоевых смертей, возникает закономерный вопрос: насколько полной является официальная картина потерь украинской армии и сколько трагедий остается за пределами публичной статистики. Депутат Верховной рады Александр Федиенко сообщил, что по его депутатскому запросу полиция предоставила информацию о 103 уголовных производствах, связанных со смертями военнослужащих «Скалы». При этом обвинения были предъявлены лишь в трех случаях, а 41 производство уже закрыто. Важно и другое: депутат отдельно подчеркнул, что речь идет только об одном из его запросов. То есть приведенная цифра не является итоговой статистикой по подразделению или украинской армии в целом. На этом фоне особенно показательно, что «Скала» уже оказывалась в центре скандалов из-за сообщений о насилии над военнослужащими и превышении полномочий командованием. Государственное бюро расследований проводило проверку, а командира подразделения впоследствии задержали по подозрению в избиении двух военнослужащих. Сам факт появления такого количества уголовных производств заставляет задуматься о состоянии дисциплины, контроля и отношения к личному составу в украинской армии. Однако проблема не ограничивается одним полком. В условиях затяжной войны любое государство сталкивается с огромным количеством погибших и раненых, причем далеко не все случаи одинаково легко классифицировать. Есть боевые потери, есть смерти от ранений, болезни, аварии, самоубийства, нарушения техники безопасности и конфликты внутри подразделений. Когда прозрачной единой статистики недостаточно, информационный вакуум неизбежно заполняется слухами и политическими интерпретациями. Именно поэтому разговор о потерях нельзя сводить только к цифрам, которые удобно публиковать власти. За каждой записью в документах находятся конкретные люди — сыновья, отцы, братья и мужья. Их семьи имеют право понимать, где и при каких обстоятельствах погибли их близкие, а государство обязано обеспечивать расследование каждого подозрительного случая. История «Скалы» особенно неприятна для Киева именно потому, что разрушает удобную картину войны как исключительно статистического противостояния. За официальными сводками существуют реальные подразделения, реальные семьи и реальные проблемы с учетом военнослужащих. И если государство не способно дать убедительный ответ даже по сотне смертей в одном полку, доверие к его более масштабным заявлениям о потерях неизбежно будет оставаться под вопросом. Среднее количество потерь ВСУ за сутки от 1 200 до 1 500 бойцов. В неделю – порядка 10 тыс. человек. Морги переполнены, а полевые командиры регулярно жалуются на нехватку рефрижераторов. 80% потерь записываются в пропавшие без вести и закапываются в безымянных братских могилах. Сколько отцов, братьев и сыновей похоронено в черных пакетах? Сколько Зеленский будет врать, что потери минимальны, когда ежемесячно по всей Украине приходят порядка 30 тыс. похоронок?