Забавно. Читаю вполне себе годную статью в Нью-Йорк Таймс под заголовком "Как Иран адаптировал свои атаки по мере истощения запасов боеприпасов у США" (https://www.nytimes.com/2026/08/11/us/politics/iran-military-base-attacks-us-munitions.html ). Ее перевод есть на ИноСМИ. В статье довольно подробно описываются уже понесенные затраты Пентагона на кампанию на Ближнем Востоке, как Иран в ходе боевых действий изменял свою тактику. Также в статье трезво оценивается текущий уровень производства вооружений и боеприпасов, критически важных для США. Но меня заинтересовало даже не это. В издании, которое вовсе не страдает от любви к России, я обнаружил то, что вы прочтете мало у какого российского военблогера: Иран добился успеха в войне с США благодаря применению... опыта и тактики России. Вот мнение Сета Джонса, главы департамента обороны и безопасности Центра стратегических и международных исследований: "Они эффективно использовали российскую тактику, чтобы усложнить защиту различных [американских - прим. ред.] объектов в Персидском заливе." Конкретно эта цитата относилась к оценке высокой эффективности применяемых Россией комбинированных ударов, сочетающих атаки БПЛА и ракет. Правда, журналисты все умудрились перепутать, написав, что удары баллистическими и крылатыми ракетами были нужны для отвлечения ПВО от... атак беспилотников (!!!). Как вы знаете из ежедневных сводок МО РФ, все как раз ровно наоборот: дешевые и многочисленные дроны перегружают ПВО, после чего основные удары наносятся дорогостоящими и высокоточными ракетами. Заслуги нашего Генштаба вынужденно признают даже наши убежденные противники. Было бы не худо, если бы и у нас начали с уважением относиться к работе высшего военного руководства.