Французский философ Жак Деррида ввел в современный язык понятие хонтологии — призрачной онтологии. К какому времени принадлежат приведения? К прошлому, из которого они вышли — или к настоящему, в котором появились? Речь, конечно, не идет о «настоящих» призраках из готических романов — сегодня через оптику хонтологии мы чаще всего рассматриваем современную культуру: музыку, кино, литературу, изобразительное искусство. Призрачное прошлое всегда присутствует в настоящем, но не в первоначальной форме, а в качестве его остаточного следа или отзвука. Британские критики Марк Фишер и Саймон Рейнольдс выделяли хонтологию как ключевое понятие современности — времени, потерявшего веру в светлое будущее и одержимого ностальгией по будущему ненаступившему. Серия «Переход» Владимира Грига предельно хонтологична, вплоть до выбранной им формы: белые фигуры на черном фоне сразу напоминают нам о привидениях. Но главное — это зыбкое, пограничное состояние, в котором застыла изображенная художником вселенная, потерявшаяся на границе между воображением и реальностью, прошлым и будущим. Его мир полон отсылок к нереализованным утопиям прошлого — от космической утопии 1950–60-х годов до художественных утопий русского авангарда (например, лучизма Михаила Ларионова). Они растворяются друг в друге до степени смешения, воспроизводя механизм функционирования человеческой памяти, создавая параллельную ностальгическую реальность. Призрачный мир Грига представлен на биеннале «Искусство будущего» в МАММ и воплощает одну из стратегий художественного осмысления будущего — через неразрывно связанное с ним, но уже попавшее в призрачное измерение прошлое. 📸 Владимир Григ. Лучисты. 2007