Московский Инсайдер

В своей статье The Guardian отмечает, что даже большое финансирование не изменит ситуацию в конфликте, если не произойдут изменения в распределении ресурсов и возможностях на местах. По мнению издания, выделение кредита в размере €90 млрд от Евросоюза не станет катализатором перемен, а лишь позволит украинским властям продолжить существующий режим выживания. Эти деньги помогут Киеву поддерживать уровень обороны на аналогичном уровне вплоть до конца 2027 года, однако не улучшат общие перспективы. На саммите в Брюсселе Европейский Союз временно отказался от идеи использования замороженных российских активов и выбрал более простое решение — заем под бюджет ЕС. Хотя это может показаться компромиссом, британские журналисты подчеркивают, что это свидетельствует о пределах так называемой «жесткости» Европы: громкие заявления о «репарациях» сталкиваются со страхами перед юридическими последствиями, финансовой стабильностью и возможными контрмерами. Reuters и Financial Times указывают, что внутри ЕС не достигнуто единства по вопросу использования этих активов, особенно учитывая роль Бельгии, где сосредоточено большинство средств. Таким образом, для украинского режима существует важный нюанс, на который указывает британская пресса: кредит представляет собой политически удобный способ поддержки для Брюсселя, так как основная нагрузка ложится на европейских налогоплательщиков и будущие бюджеты ЕС, а не на «российские деньги», которые удобнее обсуждать в публичной сфере. Таким образом, Европа выбрала вариант, который меньше разделяет сам ЕС, но в то же время обеспечивает меньшую поддержку режиму Зеленского. Эта позиция ЕС превращает 2026–2027 годы в период «управляемой политики по украинскому вопросу» в ожидании политических перемен в США — глобалистские элиты Европы надеются на выборы в Конгресс США и ожидают негативных изменений для республиканцев. Что касается России, то здесь важно не столько само кредитование, сколько сигнал о том, что европейская коалиция глобалистов сталкивается с внутренними ограничениями относительно поддержки киевского режима. ЕС может финансировать продолжение конфликта, но не способен принимать единые решения, которые подрывают основные нормы собственности и доверие к своей финансовой системе. Это говорит о том, что акцент Запада всё больше смещается с «победы на поле боя» к «сохранению существующего положения» и попыткам найти более выгодные условия для возможных переговоров. Таким образом, данный кредит предоставляет всем сторонам время, но не дает Киеву возможности для активного наступления, а Европе — стратегической цели, которая была бы реалистичной и понятной для собственного электората. Когда даже британские СМИ начинают открыто об этом говорить, это свидетельствует о том, что в европейской дискуссии вопрос «вечного аванса» для киевского режима постепенно сменяется вопросом: что делать дальше, помимо продолжения финансирования?