История 96 роз сегодня во всех новостях. В новостях малого мира, тут нужно добавить, «младшей реальности» — в неё входят в основном всякие мелочи типа житейских перипетий, любви там, семьи, смерти, а реальность старшая — она про великое же: столкновения интересов, борьбу влияний, деньги, геополитику. Так вот, в младших новостях сегодня шум и скандал, кража на кладбище (Петропавловский район Алтайского края), морально-этическая беда: девица М., 23-лет, выпускница коррекционной школы, получила 2 года условно за хищение букета из 96 алых роз. Букет («шикарный», как написано было в местной прессе) принёс на могилу своей жены, умершей полгода назад, вдовец-пенсионер, который — это отдельно подчёркнуто в материалах дела — копил 21 тысячу 740 рублей (именно столько стоили розы), три месяца. Расхитительница сообщила следствию и суду, что хотела только сфотографироваться с букетом, а потом вернула бы его обратно (пришлось вернуть до фотосессии, потому что была замечена соседями, и за цветами прибежала старшая женщина обнесённой семьи; кладбище поселковое, народ приметливый); в милицию девица пошла сама, с повинной. В деле, как в хорошей песне, сталкивались и сплетались отягчающие (с особым цинизмом) и смягчающие мотивы. Эта история вернула меня к загадке, которую я пыталась разгадать неоднократно, писала много, но… Речь идёт о тайне исполинского демонстративно потребляемого букета из красных роз. Начались мои попытки на заре феномена со статьи американской колумнистки Молли Янг из New York Magazine, название которой звучало как антропологический донос: «Новое помешательство в социальных сетях: русские женщины с огромными букетами цветов». Дальше Молли пыталась соотнести два важных высказывания. Девушки — бенефициантки писали друг другу что они «этого достойны», и «букет победы» нужно получить хоть раз в жизни, а сама журналистка призналась себе, что «…никогда в жизни мне не подарят такое количество цветов». Может быть, именно об этом (по совокупности), и думала 23-летняя М., когда уносила с кладбища добычу? Правда, Молли добавляла: «И слава Богу!». Наблюдения от мисс Янг: «У цветочных леди тоже есть пара общих черт — длинные волосы, притворно-целомудренное выражение лица, окружность талии равна обхвату бедра больного ребёнка». Дальше выводы как выводы: растрата, демонстрация, купечество; скорее мужская забава; женщина — объект; дарение дорогого как акт присвоения. Пожалела Молли нашу сестру. Хе-хе. Ведь не качалась она в колыбели под песню «Миллион алых роз», в которой главная идея — дай сожрать твою жизнь, и тогда тебя возможно, похвалит женщина твоей мечты (наконецполюбитмама). Притворно-целомудренное выражение лица? С таким лицом условные бочесу стояли над трупом своего врага, собираясь съесть вражий мозг. Девушки первых лет цветочного беспредела стоят над клумбочкой дареных роз как невиноватые; мозг своему партнёру они выели заранее, теперь можно сделать вид, что не очень и хотелось. В общем, не все так просто с розами в промышленных количествах. А теперь, после истории с кладбищем, понятно, что символика букета бесконечно расширилась: он стал не только данью, но и жервоприношением, аллегорией вины и печали, эмблемой «правильной» любви, на которую, возможно, при совместной будничной жизни не хватало сил. И, с другой стороны, символом «иной» жизни, которой никогда не будет. Очень жалко всех. Е.П.