К разговору о 19 августа 1991 года, уважаемый подписчик прислал вопрос, скорее даже большой комментарий, смысл которого можно передать так – есть ли сегодня какое-то сходство в настроениях людей с настроениями лета 1991 года? Если коротко. Нет. Даже близко. «Вы не понимаете, это другое» © Чуть чуть внешнего сходства, но никакого - внутреннего. А если долго… Тут можно это объяснить через аналогию с автобусом. Вот в 1991м году было общее ощущение, что вот все мы ехали в одном автобусе, у кого то были места получше, у кого то похуже, кто-то ехал с багажом, кто то без, но это был общий автобус, который заехал и немного не туда, свернул на ухабистую дорогу вместо трассы, попетлял, постоял, потом мотор у него забарахлил, колесо спустило, встали на обочине, все вышли и выясняем отношения, что случилось, как его починить, а может пересесть в другой, вот их сколько по дороге, да может его просто подтолкнуть, и он заведется. Было ощущение, что вот водитель этого автобуса не очень хорошо рулит, да и карта дорог у него неподходящая, может посмотрим другую? Вот мы же этот автобус в свое время построили, карту нарисовали, дорогу выбрали – ну так может быть что то поменяем? И еще – было понимание, что происходящее – это проблема Системы – и вот самый простой аргумент – а чего в государственных магазинах то ничего толком нет, почему масло и стиральный порошок по талонам, чушь какая-то (кстати, «по талонам», в Ленинграде во всяком случае «еды хватало», но сам факт – что ты должен «покупать по норме». И на обувь, кстати, были талоны, назывались «приглашения в магазин». Водка по талонам, была, даже! Водка! Это очень раздражало людей. И вот тут было понимание, что личными усилиями тут не справиться, «что-то менять надо». В то время была такая экономистка Лариса Пияшева, безумно популярная, она опубликовала в 1987 году в «Новом мире» статью «Где пышнее пироги», где так прямо и ставила вопрос – ну, да, плановое хозяйство, прогрессивный социализм, все отлично – а чего тогда при капитализме в магазинах все есть – а у нас чуть не на каждую кастрюлю нужно постановление ЦК и Совмина, а кастрюль нет (я утрирую, но смысл то такой был). И раздражение – оно было раздражением в отношении Системы – а не самих себя (мы то молодцы, думали люди, с базовой самооценкой у советского человека все было в общем ОК) Сейчас все совсем не так. Новый «автобус» (с местами разных классов, да, но это везде так), прет вперед, не так быстро, может быть, как обещали, но прет, не разбирая дороги, давит всех, кто не успел отскочить, в этом автобусе совершенно несопоставимый с прежним уровень комфорта (качество и доступность товаров и услуг сейчас и тридцать пять лет назад, это небо и земля), и путь, по которому прет этот автобус, люди подавляющим большинством выбрали себе тридцать лет назад, и в правильности этого пути все годы только укреплялись , все нравилось и нравится, а нынешнее легкое недовольство в стиле – там очередь, здесь подорожало (недовольство, даже близко не подходящее к уровню раздражения 1990х) это так, бурчание со стороны тех кого «в новый автобус не взяли», кто остался на обочине, и понимает, что другого автобуса уже не будет, и он останется на этой остановке навсегда, но ругать то за это можно только самого себя, так самих себя люди и ругают (еще немножко бурчат на «бизнес», барыг-спекулянтов, местных маленьких начальников («Сталина на них нет»), ну и СМИ, которые им внутренне глубоко безразличны). Тем, у кого нет волчьей хватки челюстей, конечно, досадно, что им не находится места в новом мире, а вот для тех, у кого такая хватка есть – лучшее время.