Мятежный капитализм

Коллега Адамидов, на мой взгляд, правильно разделил 2 вещи, которые в спорах в интернетиках обычно сваливают в одну кучу. Экономическая система отвечает на вопрос - сколько ресурсов общество способно вовлечь в производство и сколько добавленной стоимости создать. Социальная система отвечает на другой вопрос - кому эта добавленная стоимость достанется. Первое можно оценивать по производительности, выпуску, инвестициям и технологиям. Второе - по приемлемости распределения для общества. Поэтому разговоры об эффективности капитализма или социализма сами по себе почти бессмысленны. Под одинаковой вывеской могут существовать совершенно разные хозяйственные и социальные конструкции. Но я бы пошел еще дальше. Классического капитализма и классического социализма в крупных экономиках уже почти нет. Есть разные варианты одной гибридной системы. Государство выбирает стратегические отрасли, дает субсидии, гарантии, землю, дешевую энергию и защищенный рынок. Частный бизнес строит заводы и получает прибыль. Центробанк предоставляет ликвидность, если долговая конструкция начинает шататься. А население оплачивает ошибки через налоги, инфляцию или падение реальных доходов. В США государство выделило 50 млрд долл на восстановление производства полупроводников. В Европе новый механизм господдержки позволяет субсидировать энергетику, промышленную декарбонизацию, производство чистых технологий и снижение риска частных инвестиций. Китай прямо собирается использовать государственные инвестиционные фонды для развития отраслей будущего. Капитализм, социализм и коммунизм в этой конструкции становятся не описанием механизма, а политическим дизайном упаковки. Американец называет государственную субсидию рынком, если деньги правильные пацаны с правильным бизнесом. Европеец называет ее зеленым переходом. Китаец - социализмом с китайской спецификой. Мы - национальным проектом. Деньги при этом везде выделяет государство, риски частично принимает бюджет, а результат зависит не от названия системы, а от качества решений. Поэтому главный вопрос 21 века звучит не так - капитализм или социализм. Главный вопрос - кто принимает инвестиционное решение, кто получает денежный поток и кто оплачивает ошибку. Если предприниматель принимает решение, получает прибыль и сам теряет капитал, это один механизм. Если чиновник выбирает проект, госбанк дает кредит, частный владелец забирает прибыль, а убыток остается бюджету - это уже совсем другой механизм. Хотя компания формально может называться частной, а экономика - рыночной. Можно построить очень эффективную производственную систему и получить социальный взрыв, если почти вся добавленная стоимость достается узкой группе. Можно создать социально приемлемое распределение и постепенно уничтожить производство, если система не оставляет денег на инвестиции и вознаграждение за риск. Устойчивая модель должна делать оба дела одновременно - создавать достаточный объем стоимости и распределять его так, чтобы большинство не хотело снести саму конструкцию. Именно здесь начинается настоящая проблема тех же ИИ, автоматизации и новой индустриализации, которые обещают нам всем новый виток роста производительности. Если производительность вырастет, но весь прирост уйдет владельцам моделей, ЦОДов, энергетики и интеллектуальной собственности, экономика может стать чрезвычайно эффективной. Но общество - чрезвычайно недовольным. Если государство начнет изымать весь эффект производительности и раздавать его обществу - исчезнет стимул вкладывать деньги в следующий технологический цикл. Поэтому будущий конфликт будет не между капитализмом и социализмом. Он будет между теми, кто создает новую добавленную стоимость, теми, кто контролирует ее распределение, и теми, кому предложат оплатить переход. Все остальные измы нужны, чтобы красиво объяснить последней группе, почему именно ей опять достался счет. Не спрашивайте, как называется общественный строй. Спросите, кто получил прибыль. И особенно - из чьего кармана покрыли убыток. @moi_misli_vslukh