Объем покупки юаней Банком России на внутреннем рынке с расчетами 15 июня составил ₽5,3 млрд, следует из данных на сайте регулятора. Для этих операций используются сделки с расчетами «завтра», то есть на следующий торговый день. Минфин в начале марта приостановил операции с валютой и золотом на внутреннем рынке в связи с планируемыми изменениями базовой цены на нефть в бюджетном правиле. В мае Минфин возобновил эти операции. С 5 июня по 6 июля планируется покупка валюты и золота по бюджетному правилу на ₽208,2 млрд (₽9,9 млрд в день) с учетом отложенных операций за март и апрель. В свою очередь Банк России в конце декабря анонсировал, что в первом полугодии текущего года будет добавлять к операциям для Минфина продажу валюты в среднем на ₽4,62 млрд в день. По действующему бюджетному правилу Минфин направляет в Фонд национального благосостояния (ФНБ) дополнительные доходы госбюджета от нефти и газа. При этом власти отказались от валют недружественных стран в структуре фонда, поэтому для его пополнения Минфин может покупать только юани и золото. В случае использования средств ФНБ министерство, наоборот, продает юани и золото. Сам факт того, что Минфин покупает валюту и золото, говорит о том, что фактические доходы от продажи нефти и газа превысили базовый уровень, заложенный в бюджете. Обратите внимание на итоговую цифру: Минфин должен покупать валюту на ₽9,9 млрд в день, но в первый день ЦБ купил юаней всего на ₽5,3 млрд. Почему? Все сходится до копейки, если вычесть из планов Минфина собственные операции Центробанка: ₽9,9 млрд (покупка Минфина) - ₽4,62 млрд (продажа ЦБ) = ₽5,3 млрд. ЦБ намеренно продает юани из своих запасов, чтобы «гасить» объемы покупок Минфина. Если бы Минфин вышел на рынок со всеми своими ₽9,9 млрд, спрос на юани резко вырос бы, а рубль сильно упал. ЦБ сглаживает этот эффект. При этом сейчас Минфин покупает только юани и золото, поскольку после введения санкций Россия фактически отказалась от использования долларов и евро для пополнения резервов. Это отражает курс на снижение зависимости от западных валют и перевод части внешней торговли на расчеты в юанях. Однако такая стратегия имеет и свои ограничения: китайские банки опасаются вторичных санкций США, поэтому платежи из России нередко проходят с задержками или дополнительными проверками, а иногда и вовсе блокируются. В результате юань пока не стал полноценной заменой доллару в международных расчетах. Кроме того, российская финансовая система становится все более зависимой от инфраструктуры торговли юанем. Если против нее будут введены новые ограничения, проводить операции по бюджетному правилу станет сложнее. В таком случае Минфину, вероятно, придется увеличивать долю золота в резервах, поскольку этот актив меньше зависит от международной финансовой инфраструктуры и внешних посредников.