ФШ Московской области

Все началось с вести о том, что президент ФИДЕ, как когда-то Илюмжинов, попал под санкции, и как он не сможет выполнять свою роль. Временным президентом стал Ананда (который незадолго до этого объявил, что он уходит из ФИДЕ по семейным обстоятельствам), а Дворкович объявил, что во главе его «президентского билета» вместо него теперь пойдет Тимур Турлов, спонсор многих турниров ФИДЕ, который до того шел как один из вице-президентов. Мало того, как только Владимир сложил с себя полномочия, тут же выяснилось, что это не будет простой передачей власти внутри одной команды. У Турлова появились соперники. В гонку за ставший вакантным пост вступили еще двое: Вадим Розенштейн и Ян-Хенрик Бюттнер. Первый за несколько последних лет успел отметиться рядом ярких мероприятий, развивавших, прежде всего, медийную и развлекательную сторону шахмат. Второй был тем самым фанатом Карлсена, который построил вокруг него целый мировой тур – по шахматам Фишера. Так, фактически на ровном месте пост президента ФИДЕ, битва за который на протяжении многих лет сводилась к невидимой кулуарной борьбе в недрах Конгресса, стал предметом ярких и громких дискуссий трех кандидатов! У каждого из них обнаружилось собственное видение будущего шахмат. Различалось оно сильно. Казахстанец Турлов обещал цифровую эволюцию и искусственный интеллект с опорой на спонсорские ресурсы – создатель Freedom Corp. обещал создать единую систему, в которой нашлось место для всего: и единого профиля игрока, и платформы для онлайн-турниров вкупе с обучением, и борьбы с читерством. Тимур предлагал вливание на $8,5 млн из его собственных средств, удвоение фонда развития и упрощение доступа к грантам национальным федерациям. Его ключевой тезис был: «Сильная ФИДЕ начинается с сильных национальных федераций». Программа Розенштейна фокусировалась на реформе управления и защите традиций. Главные пункты ее были попытка вернуть Карлсена и Накамуру в цикл классического чемпионата мира и в целом сохранить классику, как флагманское направление шахмат… Принять жесткие антикоррупционные меры в управлении и запретить любым чиновникам ФИДЕ работать вовне, повышение прозрачности и «распределённая» модель, при которой президент не является единственным центром власти. Ну и «по мелочи» – строгое следование всем решениям CAS. Бюттнер предлагал радикальную коммерциализацию по модели Формулы-1 с корпоративной революцией, которая превращала бы ФИДЕ в коммерчески самостоятельную организацию, целью которой было бы увеличение до $50 млн ежегодного дохода за счет компаний-спонсоров из Fortune 500, в которой 20% всей выручки распределялось бы напрямую между национальными федерациями по примеру ФИФА. Систему же управления ФИДЕ он видел как профессиональный совет директоров, который использовал бы топ-игроков как бренд-амбассадоров… Надо ли удивляться, что кандидатам со столь разным представлением о способах управления и целях было о чем поговорить в кулуарах с представителями 196 шахматных федераций со всего мира! Не обошлось и без взаимных нападок: Турлов попытался отстранить Розенштейна по этической статье кодекса ФИДЕ, а тот в ответ предъявлял ему финансовые претензии за бюрократические нарушения. Выражал скепсис в отношении соперников Бюттнер, хотя со стороны он выглядел настоящим туристом… Сорвались даже дебаты, в которых претенденты должны были схлестнуться по ключевым вопросам шахматного бытия. В общем, обстановка была крайне наэлектризованной, и чем ближе был день голосования, тем агрессивней в отношении друг друга становились кандидаты. Наконец, «день икс» – 26 сентября настал! В голосовании приняли участие 196 делегатов. Чтобы победить сразу в первом туре, надо было набрать, как минимум, 50% плюс один голос или 99 голосов. Процедура была тайной, что исключало любые инсинуации, хотя многие из делегатов не скрывали своих симпатий. Когда процедура прошла, 4 бюллетеня были признаны недействительными, а остальные голоса разделились так: Турлов – 96, Розенштейн – 76, Бюттнер – 20… Набери Тимур хотя бы на один голос больше, его тут же признали бы президентом ФИДЕ, а теперь предстоял второй тур – подобное случилось на выборах президента ФИДЕ впервые в истории! А в перерыве между 1-м и 2-м туром произошло еще кое что… Вице-президент в «билете» Бюттнера, авторитетный британец Малькольм Пейн отошел в фойе «пошептаться» с Турловым, после чего вернулся, держась с ним за руки, и объявил, что просит всех, кто голосовал за Яна-Хенрика, теперь поддержать «билет» их конкурента… По мнению Розенштейна, таким образом он нарушил пункт 9.8 избирательных правил ФИДЕ, в котором говорится: «Кандидаты не должны совершать никаких действий, вступать в сотрудничество или сговор между собой с целью обмануть или манипулировать результатом голосования». Так или иначе, но демарш Пейна дал ощутимый результат. Второй тур завершился полным триумфом Турлова: он получил 110 голосов, Розенштейн – 85 (один бюллетень был признан недействительным). Таким образом, представитель Казахстана стал новым президентом ФИДЕ. О том, хорошо это или плохо для шахмат, можно будет судить только по результатам его деятельности, но… то, что 38-летний Турлов отличается ото всех, кто до сих пор занимал этот пост – факт. Это человек, который сделал себя, как в прямом, так и переносном смысле. Он стал настоящим мастером в инвестиционном бизнесе и заработав имя, едва поступив в институт. Всего через несколько лет после его окончания он уже ворочал миллионами, ну а затем создал собственную онлайн-площадку, за считанные годы превратив ее в многомиллиардный бизнес. Что до шахмат, то они для Тимура – чистое развлечение. Сам он довольно слабый игрок, но… оценил их пользу в тот момент, когда ими стали заниматься его дети – обнаружил, как игра помогает им развивать концентрацию, стратегическое мышление и самоконтроль. И решил вложиться в них – для начала просто как частный спонсор федерации шахмат Казахстана, а затем уже и как ее президент. По словам бизнесмена, ему нравится не просто куда-то вкладывать деньги, но системно влиять на развитие спорта. Он наладил стройную систему поддержки в Казахстане, а затем увеличил масштаб, начав вкладывать уже в мировые шахматы. За несколько лет Турлов занял площадку шахматного инвестора, став главным спонсором чемпионатов мира по рапиду и блицу, а затем ряда других соревнований. Его бизнес-подход гласит: надо вкладываться не столько в инфраструктуру, сколько в людей – в гранты, в ваучеры, в стипендии для молодых талантов и т.д., позволить им самостоятельно расти и развиваться, а уже на их плечах поднять все остальное. Применительно также он хочет действовать и в ФИДЕ. И, разумеется, совершить в них цифровую революцию по примеру Freedom. Получится ли? Увидим, причем, в самое ближайшее время, ведь новый президент ФИДЕ – это не только человек слова, он человек дела!