Реконструкции исторических событий. С точностью до минуты. Написать нам: @pominutno_partners Поддержать проект: Картой из любой страны — t.me/tribute/app?startapp=s1X9 Другим способом — t.me/minutavminutu/5591 РКН №5537616013
Первый заместитель прокурора Москвы Юрий Синельщиков вспоминает: «Появился прежде всего ужас. Ужас не только у граждан, но и у правоохранителей. Члены следственной бригады говорили: „Я в таком же доме живу! Точно такая же панелька у меня. Это ж могут и нас рвануть!“»
Но мэр Москвы Юрий Лужков намного более прямолинеен: — Это мощный террористический акт. По внешним признакам все очень похоже на происшествие в Буйнакске. Это попытка бандитов отомстить за свое поражение в Дагестане.
Глава правительства Владимир Путин не торопится признавать взрыв терактом: — Официальная версия МЧС в связи с ЧП на улице Гурьянова в Москве — взрыв бытового газа. Однако проверяются и все остальные версии.
Для переезда городские власти предоставляют машины. Выжившие грузят вещи. В нескольких метрах от этой суеты спасатели продолжают доставать тела. Местные пенсионерки вздыхают о своих соседках. — Надо же, мы только недавно вместе у подъезда на лавочке сидели. И вдруг ее нет…
Жителям дома на Гурьянова выделяют новое жилье в новостройках. — Была 3-комнатная квартира. Маленькая, но с изолированными. А нам — 2-комнатную, — жалуются жильцы. — С какой стати? — Света, будут предлагать Митино или Жулебино — не бери, — слышится в толпе. — До метро не доберешься.
Этим утром Екатерина просыпается поздно и сразу чувствует неладное. «Телевизор был включен на полную, — вспоминает Котрикадзе. — Я вышла из комнаты и увидела, что подруга семьи обнимает бабушку. По ТВ шла картинка — дыра в центре здания. Но я не допускала, что мама погибла…»
15-летняя Екатерина Котрикадзе должна была вернуться из Тбилиси в Москву еще неделю назад. Там ее ждала мама, которая живет в доме № 19 по улице Гурьянова. «В Тбилиси я была влюблена в мальчика. — вспоминает Котрикадзе. — Первый раз мой дедушка поддался уговорам и поменял билет. Мой последний разговор с мамой был очень эмоциональным. Она была возмущена. Как же так? Все-таки начало учебного года!»
Спасатель Владимир Легошин работает на месте трагедии со своей белой овчаркой. С печалью в голосе он обращается к ней: — Видишь, как плотно сложилось? Еще и горит изнутри. Уцелеть шансов почти никаких. Если кого и не раздавило, то или дымом удушит, или огнем достанет. Но будем копать до конца. Вперед, приятель…
В 300 метрах от взорванного дома находится кинотеатр «Тула». Его директор Елена Данилова живет неподалеку. Елена бегом бежит в кинотеатр. Там сразу же разворачивается активная работа. В ближайшие дни помогать пострадавшим будут не только жители Печатников, но и всей столицы.
Жители соседних домов на Гурьянова не могут оправиться от шока. «Все боялись вернуться домой. Казалось, что может рвануть еще раз, — вспоминает житель соседнего дома Андрей Струнин. — Мы стали говорить, что это все из-за Дагестана. Достало нас, как бумерангом. Мы их там, а они нас здесь. Говорили, правда, и про газ, но в это никто не верил».
К месту трагедии выезжает отдел преступности газеты «Коммерсантъ». «На вопрос: „Газ или тротил?“ — милиционеры отвечали сначала одно: „Раз начальство сказало ‚газ‘, пишите — ‚газ‘“. И только потом, не под диктофон, говорили: „Это не Щербаковская, а Буйнакск“», — напишет газета.
Первый зампрокурора Москвы Синельщиков прибывает к месту трагедии. У него сразу появляется версия о теракте. Но следователи заводят дело об уничтожении имущества. «Власть на нас воздействовала, чтобы мы не заводили дела о терактах, чтобы страх не нагнетать», — объясняет Синельщиков.
Первому заместителю прокурора Москвы Юрию Синельщикову звонит дежурный прокурор. Он сообщает о взрыве дома на Гурьянова. По предварительной версии, причина взрыва — газ.
Вспоминает глава управы района Печатники Геннадий Лифинцев: «Я, конечно, увидел трагедию. Двух подъездов нет. Были перевёрнуты машины, люди бежали в нижнем белье — кто как мог».
«…Летела очень долго. Упала на бетонную плиту. Даже подумала, что все уже кончилось, но плита куда-то провалилась, и она полетела дальше», — вспоминает Анна. Женщину быстро находят спасатели. В ожидании скорой помощи женщина лежит рядом с разрушенным домом, где прожила 25 лет.
«…Я вышла в коридор — до сына оставалось всего несколько шагов. Если бы было хоть чуть-чуть светлее, я бы увидела, что в коридоре вместо пола огромная дыра. Сделала еще один шаг и упала вниз». Анна пролетает пять этажей и падает в подвал.
От грохота просыпается жительница пятого этажа дома на Гурьянова Анна Черкалина. Ее первая мысль: «Что с внуком?» Она бежит к нему в комнату, но трехлетнего Васю уже одевает мама. Женщина выдыхает и идет проверять своего взрослого сына Владимира.
Жительница дома Алена Морозова приходит в себя. Пожарные помогают девушке спуститься с обломков, которые еще недавно были квартирой. «Я поняла, что могу смотреть сквозь здание, в котором жила 23 года. Там было просто пространство. И в этом пространстве должна была быть моя мама»
Житель соседнего дома Андрей Струнин будит жену. Вместе они выбегают из квартиры. «Кажется, что все происходит жутко медленно, — вспоминает Андрей. — Во дворе видим, что соседний дом наполовину развален. Сигнализации ревут, темнота… Ужас какой-то», — вспоминает Струнин.
Но кухни больше нет. Ее уничтожил взрыв. В последний момент Валентину останавливает свекровь. Выхода из квартиры тоже нет. Семье, живущей на девятом этаже, приходится спасаться, перелезая с балкона на балкон — к соседям.