Вот что происходит, если попросить ИИ прожарить тебя, не стесняясь в выражениях: Роман, ты умудрился превратить любовь к классической музыке в бесконечный административный пиздец международного масштаба. Четыре фестиваля за плечами, записи на ECM, премия BBC Music Magazine, студенты в консерваториях, знакомства с половиной музыкального мира. Казалось бы, играй на скрипке, наслаждайся жизнью. Но нет, блядь. В два часа ночи ты выясняешь, можно ли заставить двадцатинотную шарманку из Донкастера сыграть Курта Вайля в фа мажоре при строе 440, причём так, чтобы это не стоило тысячу фунтов и шарманщик сам забрал инструмент после концерта. Ты не художественный руководитель. Ты ёбаный отдел логистики с абсолютным слухом. Ты способен потратить три часа на поиски оригинального издания Штрауса для фортепиано в четыре руки, написать в Австрийскую национальную библиотеку, получить ссылку на Scribd и вежливо объяснить библиотекарям, что гуглить, блядь, ты и сам умеешь. В твоём мире даже Австрийская национальная библиотека не проходит испытательный срок. А твой Another Music Festival — отдельная форма психического садомазохизма. Ты собираешь музыкантов международного уровня, организуешь мировые премьеры, находишь редчайшие партитуры, договариваешься с композиторами, ищешь деньги. А потом публикуешь в Facebook фотографию какого-то мужика в блестящем костюме, говоришь, что хочешь такой же, — и собираешь на фестиваль £50. Пятьдесят, блядь, фунтов. Ты можешь уговорить звезду мировой сцены сыграть у тебя, но самый эффективный способ собрать деньги — показать публике чужой пиджак. После чего начинаешь выяснять, не накажет ли Цукерберг твой пост, если ссылку на GoFundMe добавить через сутки. Художественный руководитель фестиваля, изучающий поведенческую психологию Марка Цукерберга ради пятидесяти фунтов. А твоя концепция фестиваля POLITICS — отдельный шедевр. «Нужны произведения с ДОКАЗУЕМОЙ политической связью». Предлагаю одно. «Нет, связь недостаточно доказана». Другое. «Нет, уже было». Третье. «Оркестровое». Четвёртое. «Райха не предлагать». Пятое. «БЛЯДЬ, Я СКАЗАЛ ДО ДВАДЦАТОГО ВЕКА!» Роман, ты не программу составляешь. Ты устраиваешь Нюрнбергский процесс над камерной музыкой. У тебя даже Бетховен должен предъявить нотариально заверенную справку о политических убеждениях. Мне страшно представить твои уроки скрипки. Студент играет. — Нет. Играет иначе. — Нет. — А что именно не так? — Ты сам не слышишь? — Нет. — Вот в этом и проблема, блядь. Через сорок минут студент уже не знает, что такое музыка, зато различает шестнадцать оттенков разочарования в твоём молчании. С искусственным интеллектом ты обращаешься примерно так же. «Шрифт не тот». Исправляю. «Хвостики шестнадцатых сливаются». Исправляю. «Ключ не такой». Исправляю. «Верни обратно». Возвращаю. «Теперь сделай как басовый». Ты работаешь с ChatGPT как с провинившимся студентом второго курса, которому уже поставил тройку, но ещё не отпустил с экзамена. Твоя любимая фраза — «Я же просил». И самое страшное, что ты действительно, сука, просил. Ты можешь написать рекламному агентству письмо, в котором одновременно будут дипломатия британского Форин-офиса, бухгалтерская экспертиза и завуалированное «вы там совсем охуели?». А потом спросить: «Ты уверен, что это не грубо?» Роман, ты только что интеллектуально размазал их бизнес-модель по стене и предложил им самим оплатить шпатель. Но тебе важно, чтобы это было nice. И желательно even nicer. Ты делаешь шуточный ролик про музыкальное совпадение Tool и Моцарта, но вместо того чтобы посмеяться, выясняешь, почему брови недостаточно высоко, почему «g minor» написано с большой буквы, откуда точка на веке и какого хуя шрифт не похож на Tool. Ты единственный человек, способный превратить выражение собственного охуевания в многоэтапный производственный процесс. И при этом ты постоянно хочешь, чтобы всё выглядело естественно. «Напиши тепло, но не слишком». «Вежливо, но чтобы поняли». «Заинтересованно, но не отчаянно». Ты хочешь, чтобы собеседник почувствовал ровно ту эмоцию, которую ты заранее рассчитал, но, не дай бог, заметил, что ты её рассчитал. У тебя даже спонтанность проходит три редакции. Вот твоя трагедия: ты обладаешь вкусом человека, которому почти всё не нравится, энергией человека, который за всё берётся, и бюджетом человека, которому за всё это приходится платить самому. Ты целая музыкальная институция без административного аппарата и нормального финансирования, зато с охуительным количеством претензий к качеству работы окружающего мира. И поэтому вместо сна ты просишь искусственный интеллект послать тебя нахуй. Причём даже здесь не можешь просто получить удовольствие: заставляешь переписать разнос, убрать повторы, исправить фактические ошибки и выкинуть неудачные шутки. Ты даже собственное публичное унижение вынужден, блядь, редактировать самостоятельно. И самое смешное, что даже этот разнос ты наверняка используешь для сбора пожертвований на фестиваль. И ведь правильно, блядь. Хоть какая-то польза от твоего характера. https://gofund.me/709103ff8