МИГ России

Я попробую еще раз сформулировать в чем я вижу отличие между религией и верой в Бога. Религия — это ресурс. У людей есть какие-то представления о правильном, о том, как должно быть, исходя этих представлений они ставят себе цели, для осуществления этих целей они привлекают различные ресурсы — и религия это один из таких ресурсов. Она придает людям дополнительное чувство правоты, общности и укорененности, мотивирует их на достижение поставленных целей. Эти цели носят посюсторонний и коллективный характер. Сами по себе они не обязательно злые (могут быть злыми, а могут и не быть). Но они поставлены именно людьми. «Да будет моя воля» — говорит человек, и религия — один из ресурсов для осуществления этой воли. Очень часто религия — это ресурс национализма, национальная религия нужна для решения национально-патриотических задач. Но ее могут привлекать в качестве ресурса и адепты других идеологий. У людей могут быть другие ценности и цели — бывают радужные христиане, woke христиане, бывают адепты разного рода идеологий. Общее тут то, что говоря «Deus vult!», люди, на самом деле, имеют в виду «Мы хотим!». Религиозная традиция — это источник легитимизации нашей воли. Это резервуар авторитетных текстов, из которых мы выбираем то, что сообразно нашей воле и нашим целям, а что не сообразно — то и не выбираем. Религия — служанка политики, имя Божие нужно для того, чтобы ободрять людей бороться за наше дело. Тут, кстати, и ответ на вопрос, как люди, вроде бы, усердно религиозные (усташи, железная гвардия, Степан Бандера тоже был прилежным прихожанином) могут быть особенно лютыми головорезами. Религия используется для подавления совести, сострадания и любых сомнений в том, что я делаю что-то не то. Резня делается священной резней. Вера, напротив, говорит «да будет воля Твоя». Она ищет живого, реального Бога, Творца Неба и Земли. А особенность реальной личности в том, что она может с вами и не согласиться. Даже живой священник может отказать вам в благословении. Вы не можете привлечь Бога живого в качестве ресурса. Вы можете только покориться Ему как Господу. Это может означать, что ваши представления о правильном и ваши цели подвергнутся радикальному пересмотру. Как у Савла. Это огромный риск — я могу обнаружить, что все это время был неправ и делал не то, как тот же Савл. Религия полагает печать своего одобрения на все, что делает та или иная группа людей — это ее функция, ее затем и держат. Вера ходит в страхе Божием «а не грех ли это». Вера — это, в определенном смысле, одинокое дело. Бог спросит лично с меня за лично мои решения, не как с члена нации, партии или еще какого-то коллектива. Я не смогу спрятаться от Него за набором цитат из святых. В конце концов, я же умру и предстану перед Богом — тем Богом, который на самом деле меня сотворил, а не перед тем, который Deus vult. И мне лучше найти Его до смерти — потому что от религии как ресурса на смертном одре мне не будет никакой пользы.