Методичка

"Около весов давка. Петро кинул Дарье вожжи с брички. — На мой ярлык скоро? — спросил у стоявшего за весами Валета. — Успеешь. — Какой номер смалывают? — Тридцать восьмой. Петро вышел сносить мешки. В это время в весовой заругались. Чей-то охриплый, злой голос тявкал: — Ты проспал, а теперь лезешь? Отойди, хохол, а то клюну! Петро по голосу угадал Якова Подкову. Прислушался. В весовой пухнул, выпирая из дверей, крик. Четко ляскнул удар, и из дверей вывалился со сбитым на затылок черным картузом немолодой бородатый тавричанин… С давних пор велось так: если по дороге на Миллерово ехал казак один, без товарищей, то стоило ему при встрече с украинцами (слободы их начинались от хутора Нижне-Яблоновского и тянулись вплоть до Миллерова на семьдесят пять верст) не уступить дороги, украинцы избивали его. Оттого ездили на станцию по несколько подвод вместе и тогда уж, встречаясь в степи, не боялись вступить в перебранку. — Эй, хохол! Дорогу давай! На казачьей земле живешь, сволочуга, да ишо дорогу уступать не хочешь? Несладко бывало и украинцам, привозившим к Дону на Парамоновскую ссыпку пшеницу. Тут драки начинались безо всякой причины, просто потому, что «хохол», а раз «хохол» — надо бить. Не одно столетье назад заботливая рука посеяла на казачьей земле семена сословной розни, растила и холила их, и семена гнали богатые всходы: в драках лилась на землю кровь казаков и пришельцев — русских, украинцев". Михаил Шолохов. «Тихий Дон». Многовековая дружба народов, как она есть. И, судя по всему, еще долго будет…