Методичка

«Легко сказать – подумать о таком деле... Действительно было время, после великой смуты, - когда иноземцы коршунами кинулись на Россию, захватили промыслы и торговлю, сбили цены на все. Помещикам едва не даром приходилось отдавать лен, пеньку, хлеб. Да они же, иноземцы, приучили русских людей носить испанский бархат, голландское полотно, французские шелка, ездить в каретах, сидеть на итальянских стульях. При покойном Алексее Михайловиче скинули иноземное иго! – сами-де повезем морем товары. Из Голландии выписали мастера Картена Брандта, с великими трудами построили корабль «Орел», – да на этом и замерло дело, людей, способных к мореходству, не оказалось. Да и денег было мало. Да и хлопотно. «Орел» сгнил, стоя на Волге у Нижнего Новгорода. И опять лезут иноземцы, норовят по локоть засунуться в русский карман... Что тут придумать? Пятьсот тысяч рублей на войну с ханом выложи, – Голицын без денег не уедет... Ишь, ловко поманил тремя миллионами! Вспотеешь, думая... Зиновьев, захватив горстью бороду, проговорил: – Наложить бы еще какую подать на посады и слободы... Ну, хошь бы на соль... Князь Волконский, острый умом старец, ответствовал: – На лапти еще налогу нет... – Истинно, истинно, – зашумели бояре, – мужики по двенадцати пар лаптей в год изнашивают, наложить по две деньги дани на пару лаптей, – вот и побьем хана. Легко стало боярам. Решили дело. Иные вытирали пот, иные вертели пальцами, отдувались. Иные от облегчения пускали злого духа в шубу». Алексей Толстой «Петр Первый». Приходится признать, что русская политическая и экономическая мысль и в наши времена продолжает тщательно соблюдать национальные традиции. Хорошо хоть, что от шуб в думских палатах и приказных избах отказались…