Методичка

«…Мазепа, как малорус, питал и лелеял в себе желание политической независимости своей родины. В этом желании Мазепа не расходился ни с прежними гетманами, ни со своими современниками, насколько их занимали политические обстоятельства. Мазепа увидел возможность осуществить давнее задушевное желание и ухватился за него. Многое могло давать ему надежду, что не Петр над Карлом, а Карл над Петром одержит верх в продолжительной борьбе, которую вели между собой два государя. Мазепе казалось, что в то время сама судьба посылала Малороссии такой случай, которого нелегко и нескоро можно было дождаться. Владения шведского короля были далеко от Малороссии, и Карл XII, имея повод, для собственной выгоды, стараться освободить Малороссию от России и образовать из нее независимое государство, не мог, если бы и хотел, простирать на нее честолюбивый замысел; присоединять же Малороссию к Польше для шведского короля было не только невыгодно, но и опасно, после того как предшественники Карла принуждены были вести войны с Польшей и стараться обессилить Речь Посполитую отнятием у нее областей. Многое, таким образом, побуждало Мазепу, в критических обстоятельствах борьбы между двумя соседями Малороссии, пристать к Карлу XII». Николай Костомаров. «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей» Факт измены Мазепы Костомаров объясняет с той же простотой, с какой нынешние украинские пропагандисты оправдывают все происходящее на Украине – этого хотели все, все остальное неважно. Костомаров, сооснователь Кирилло-Мефодиевского братства, считающийся одним из «отцов украинской нации», не склонен наговаривать, он относится к Мазепе скорее с симпатией, но признает, что Мазепа «был человек чрезвычайно лживый». Костомаров также отмечает, что «под наружным видом правдивости он был способен представиться не тем, чем он был на самом деле, не только в глазах людей простодушных и легко поддающихся обману, но и пред самыми проницательными». Остается только удивляться, что никакие разумные доводы и исторические аналогии так и не смогли разубедить сторонников теории «братского народа» и даже четыре последних года не привели к появлению адекватного описания российско-украинской истории и ее дальнейших перспектив.