Конго превратила прогнозируемые 617 миллионов $ в 2,3 миллиарда. Это произошло за счет сокращения предложения кобальта. Цены на кобальт в 2026 году составили около 56 000 $ за тонну, что более чем в два раза больше, чем годом ранее. Это почти никак не связано со спросом. Продажи электромобилей продолжали расти, но недостаточно быстро, чтобы это можно было объяснить. Это произошло в Киншасе, которая контролирует примерно три четверти мировых поставок, сменив открытый экспортный рынок на жесткую квоту в 96,6 тыс. тонн в год на 2026 и 2027 годы. Это меньше половины того, что страна произвела в 2024 году. Цифры показывают, что конечным потребителям поступает всего от 85 до 90 тыс.$, если исключить сроки доставки и потери при обработке, в то время как для сбалансированности рынка требуется более 100 тыс. долларов. Дефицит - это не случайность, это политика. Конголезские власти прогнозируют, что система квот принесет в этом году 2,3 миллиарда $ по сравнению с 617 миллионами $, если бы не было ограничений. Таким образом, Киншаса монетизирует актив, который, обесценивается, и использует тот же рычаг для извлечения стоимости, который ускоряет замещение. Индонезия, некогда второстепенный игрок на мировом рынке кобальта, превратилась в значительную силу на данном поле, во многом благодаря инвестициям в установки кислотного выщелачивания под давлением (технология HPAL). Рост цен и перебои с поставками из-за конфликта в Иране бьет по производству кобальта.