Рост цен на бензин и керосин в Мьянме +101%, Филиппинах +72% и Малайзии +68%, спровоцированный иранским конфликтом с начала 2026 года, значительно повышает операционные расходы горнодобывающей отрасли, где топливо составляет 15–25% затрат на добычу. После Европы они следующие, кто пострадает от Иранского энергокризиса. В этих странах цены на бензин и дизель сильно выросли, что приводит к сжатию маржи из-за роста затрат на транспорт, оборудование и логистику. Керосин для авиации удвоился, усугубляя логистику для удаленных шахт. Горнодобывающие компании используют бензин/дизель для самосвалов, буровых и генераторов, керосин — для авиаперевозок в отдаленные районы. В ЮВА это приводит к задержкам проектов, росту AISC (полных затрат на поддержание) и снижению FCF (свободного cash flow). Пример из Европы, которая первая пострадала:Hochschild Mining потеряла 21% акций из-за энергозатрат Топливо — 15–25% AISC; при росте дизеля на 50–80% маржа падает на 7–20% (без хеджирования/перекладывания на цены). В удаленных операциях ЮВА эффект сильнее (до 20–25% сжатия), с рисками эскалации при затяжном конфликте. В Европе удар пришелся по сталелитейным компаниям. Акции Salzgitter упали на 27,9 %, thyssenkrupp - на 27,3 %, ArcelorMittal - на 19,1 %. К ним присоединился производитель нержавеющей стали Aperam, потерявший 24,5 %. Производство стали относится к числу наиболее энергоемких промышленных процессов в мире, и предприятия с низкой маржинальностью мгновенно сталкиваются с угрозой рентабельности, когда цены на #газ за столь короткий срок взлетают на 60 %.