Медиазона ✔

Привет, это Настя Лукина, авторка текста о Гордее Никитине и о том, как российские силовики устраивают провокации, а затем лепят из них дела о «госизмене». Когда я только начинала читать материалы дела, я не знала, что найду там зафиксированную провокацию со стороны силовиков — да еще так подробно и бесхитростно задокументированную. История Гордея началась с того, что сотрудники ФСБ заметили его комментарии в украинских и российских антивоенных телеграм-каналах. Сегодня открытые комментарии превращаются для силовиков в удобный каталог для разработки потенциальных жертв. Они успешно ищут там людей, которых можно взять в оборот, спровоцировать и посадить. Поэтому у меня есть вопрос к владельцам таких каналов: стоит ли сохранять открытыми пространства, которые российские силовики так легко используют в своей мерзкой работе? За время работы над текстом я много раз офигевала от откровенности, с которой провокация описана в материалах дела. Сотрудники ФСБ сами нашли Гордея, создали аккаунт от имени сотрудника ГУР и развели Гордея на опасную переписку — эту откровенную провокацию они назвали «оперативным экспериментом». Он якобы должен был предотвратить возможное сотрудничество с настоящей украинской разведкой. Получается довольно страшная конструкция: доказательством того, что человек мог бы совершить преступление, становится преступление, на которое его методично толкает само государство. А канцелярский язык следствия, такое ощущение, работает как моральная анестезия: позволяет описывать чужую сломанную жизнь как обычную служебную процедуру. И у меня до сих пор остается, возможно, наивный вопрос: люди, которые составляют эти протоколы, сами верят во все эти формулировки? Задумываются ли они о том, что за их «оперативным экспериментом» стоит конкретный человек и 17 лет его жизни, которые ему предстоит провести в тюрьме? Прочитать текст можно здесь: https://zona.media/article/2026/08/03/gordey