Медицинская Россия

⚡️Как программа принудительного наставничества приводит к кадровой инфляции в здравоохранении Положение Минздрава о наставничестве предполагает сокращение срока отработки в малых населенных пунктах на целый год. Данная «льгота» прямо указывает на то, что в отдаленных населенных пунктах у пациентов действуют иные анатомо-физиологические законы, требующие меньшего времени для освоения профессии. Это открытое признание в фиктивности всей концепции «трехлетнего наставничества». Это попытка «заткнуть» вакансии формальным присутствием специалиста за счёт грубых ограничений для молодых врачей на трудоустройство. Ведь остается неизвестным, где взять нужное количество добровольных наставников. Минздрав по аналогии с распечаткой ничем не обеспеченной денежной массы, осуществил «нормативную эмиссию»: ввёл в правовое поле масштабное обязательство, не подкрепленное ключевым ресурсом — самими врачами-наставниками. Также вызывают недоумение и постоянные попытки представить частные клиники главным «поглотителем» кадров, виновным в дефиците врачей. При этом очевидно, что частная медицина зачастую разгружает государственную. Более того, именно возможность совмещения в частном секторе удерживает опытных специалистов на основной работе в низкооплачиваемой государственной системе. Научный сотрудник Центральной государственной медицинской академии Управделами Президента РФ, дерматолог Александр Быканов: «Врачей нельзя просто взять и “выжать” в частный сектор. В ряде государственных клиник — например, в отделениях нейрохирургии или кардиохирургии — зарплаты с учётом потока пациентов могут быть выше, чем, к примеру, у невролога в частной клинике. Даже если взять зарплаты терапевтов в московской поликлинике — в среднем около 150 тысяч, — то и там доход зачастую оказывается больше, чем в частном секторе. Я сам более трёх лет работал на городской скорой помощи и видел разницу: городская служба работает с гораздо более сложными случаями, и врачи там держат отличную профессиональную хватку. Создать частную клинику, которая сможет сравниться по масштабу и оперативности со скорой помощью Москвы, попросту невозможно. Частные клиники после распада СССР стали естественной частью системы. Это — “белый” и социально полезный бизнес, где помощь людям сочетается с законным заработком. В отличие от, например, букмекерских контор или микрозаймов, которые, будучи легальными, приносят реальный вред. Частная же медицина — ответственное предпринимательство, интегрированное в общую экономику. И если врачи стремятся зарабатывать, оказывая качественную медицинскую помощь, — то почему бы и нет?». Профессор, доктор медицинских наук Антон Ершов: «Возьмём формулировку из положения о наставничестве: “наставнику могут производиться выплаты”. Ключевое — “могут”. Откуда же возьмутся эти средства? Навряд ли выстроится очередь из врачей, желающих взять на себя дополнительную нагрузку. Хотя зачем ждать добровольцев? Их можно просто назначить. "Наставничество... может осуществляться и в дистанционном формате". Ну-ка, милый, изобрази, что ты слышишь при аускультации, а при пальпации, как там край печени? Или разговор в сельском медучреждении с онлайн-наставником, когда тот попросит загрузить МРТ-снимки в несколько гигабайт. А в поселке только мобильный интернет и тот с перебоями. Обсудим через неделю его, когда загрузится? Требование к стажу наставника — 5 лет практики. Моя уверенность в собственном клиническом превосходстве появилась лет через 10. Допустим, я — тормоз. Но вот картина: наставник без педагогического навыка инструктирует подопечного: “пиши вот здесь”, “возьми ту зелёную бумажку и приклей в красную папку”, а на вопросы “Что это за документ и зачем он?” получит в ответ: "Да кто ж его знает, просто делай, как сказано!". "Наставничество может осуществляться руководителем..." Как я люблю истории выписывания самому себе же премий! Уверен, что теперь у каждого заведующего, начмеда и главного врача будет под сотню онлайн и очных подопечных, но на самом деле курировать их будут подчиненные — бесплатно, за лояльность руководства».