18-летний студент техникума уехал в Казань проходить практику на теплоходе — а оказался в штурмовой роте в Донецкой области. Ранее на войне погиб его отец и пропал отчим 18-летний студент Волгоградского техникума водного транспорта Артем Кучурин в апреле 2026 года поехал на практику в Казань, а в августе мать узнала, что он бросил последний месяц практики, уехал в Самару, там подписал контракт с Минобороны и попал в штурмовые войска в Донецкой области. Издание «Астра» рассказало его историю. По словам матепри Артема Кучурина, о том, что сын подписал контракт, она узнала от его друга: «Кто его надоумил, я не знаю. В Казани он проходил практику на круизном теплоходе. Связался там с девчонкой, которая старше него. Он у меня, что называется, нецелованный был, домашний ребенок. Компьютер, учеба. Ему оставался месяц практики, а он бросил. Я обращалась в полицию. Сын потом мне написал, что у него все в порядке. Очень корю себя, что я его отправила на эту практику, где все пошло наперекосяк». От друзей Артема женщина узнала, что после подписания контракта он две недели проходил учения в части в Чебаркуле, после чего он сразу попал в Донецкую область Украины. Там он сначала был в медроте, а после оказался в штурмовиках. Мать не обращалась в правоохранительные органы, но написала уполномоченному по правам человека. Ранее в войне против Украины у женщины погиб первый муж — по ее словам, он ушел воевать из-за «золотых гор», которые ему обещали. Второй муж, который подписал контракт в 2024 году «по патриотическим соображениям»: несмотря на ранение, в мае 2026 года после отпуска его снова забрали на фронт, а 19 июня родственникам сообщили, что он пропал без вести. «Чтобы они нашли, где он, почему он в штурмах и где территориально находится. И чтобы они как бы забили тревогу, что все-таки 18 лет ребенку, ну как туда-то пускать? Люди годами учатся на военное дело, а тут порох не нюхал, хрeнак, его туда зафигачили. Мало того, что и отец его погиб в прошлом году. И сейчас отчим его тоже без вести пропал. Так еще и его туда до кучи…» Женщина заявила, что пыталась добиться возвращения сына с фронта как ребенка участника войны: «Я связывалась с Чебаркулем. Я им сказала, что у него отец погиб, что его не надо на фронт. Ответ: „Предоставьте информацию о смерти“. Я предоставила. А они наглым тоном сказали: „Ха, так он погиб уже в прошлом году. Если бы был жив, мы бы сына из штурмов вытащили“»