🇩🇪📰Обзор немецких медиа 🗞(+)Süddeutsche Zeitung в статье «Ордер на арест из Москвы за то, что он задал вопрос в Белграде» патетически заявляет, что вопрос «Что могут сделать европейцы, чтобы погибло больше российских солдат» для подчинённых предполагаемого военного преступника Путина является «разжиганием ненависти». Уровень упоротости: плащ Сарумана 🟤 Прошло уже немало времени с тех пор, как Михаэль Мартенс имел непосредственный контакт с репрессивным режимом. Тогда, в 2015 году, он уже шесть лет работал в газете F.A.Z., отвечая не только за освещение событий на Балканах, но и за Турцию. Однако турецкому правительству всё меньше нравилось то, что писал о нём 53-летний Мартенс, и оно устраивало ему всё больше административных препятствий. Поэтому в июле 2015 года Мартенс переехал в Афины и продолжил писать о Турции оттуда. Сегодня он ведёт репортажи из Вены, часто путешествует по Балканам — в том числе по Сербии, где с 2002 года прожил семь лет. Мартенс отлично знает Сербию; с февраля 2024 года широкий резонанс вызвали несколько его статей о поставках сербских гранат на Украину, которые организовал бывший посол США Кристофер Хилл. Когда 8 августа украинский президент Владимир Зеленский посетил Белград, Мартенс спросил его: «Что мы, европейцы, можем сделать, чтобы помочь вам убить больше русских… конечно, больше русских солдат?» Этим вопросом Мартенс вызвал настоящее пропагандистское землетрясение в Москве: сначала жалобу подало российское посольство в Белграде, затем — пресс-секретарь МИД России, а вслед за ней — сам министр иностранных дел Сергей Лавров. В конце концов 15 августа государственное агентство ТАСС сообщило, что в отношении Мартенса возбуждено уголовное дело по обвинению в разжигании ненависти в соответствии со статьёй 282, часть 2, Уголовного кодекса России. Возможно, он будет осуждён заочно (возможное наказание — шесть лет лишения свободы), а в Берлине 17 августа российское посольство обратилось в прокуратуру с запросом, ведётся ли в отношении Мартенса расследование по подозрению в разжигании межнациональной вражды, публичном призыве к совершению преступлений и оправдании преступлений. Пресс-секретарь МИД России Мария Захарова добавила, что «история ничему не научила Германию и вообще западноевропейцев». Она провела параллель с дедом Мартенса, Хансом-Германном Мартенсом, который с 1941 года был офицером в Верховном командовании Вермахта, а позже, будучи военным судьёй, выносил смертные приговоры. Действительно, 6 октября 2024 года в воскресном выпуске газеты F.A.Z. Мартенс критически отозвался о своём деде. В конце концов Москва выдала ордер на арест Мартенса, который, однако, не имеет никаких последствий в Германии. Здесь с высокомерной позиции выступает государство, глава которого с 17 марта 2023 года разыскивается Международным уголовным судом в качестве предполагаемого военного преступника. 19 августа представитель Министерства иностранных дел Германии верно назвал действия России «политически мотивированным преследованием» немцев, чьи поступки не устраивают режим в Москве. В общем, всё это «ничего нового». Сам Мартенс признал в белградском журнале «Време», что «допустил большую ошибку» при формулировке вопроса, поскольку сказал «мы, европейцы», хотя его роль журналиста не позволяла этого. Однако корреспондент F.A.Z. не взял свои слова обратно в том, что касается «убийства российских солдат». И в этом он прав. По словам Мартенса, «мягкие» слова, такие как «русские не должны победить», не отражают суровую жестокость войны. Уже несколько месяцев он работает над эссе с рабочим названием «Убивать русских — что должна сделать Европа». Вдохновением для него послужили мемуары Фитцроя Маклина, который во время Второй мировой войны был офицером связи Черчилля при тогдашнем лидере партизан Тито. Черчилль хотел помочь ему «убить больше немцев». Мартенс добавил, что ожидает от каждого политика размышлений о том, как можно убить столько российских солдат, «чтобы Путин остался без солдат. Только тогда наступит мир». Однако в последние дни он посвятил своё внимание Румынии, стране, по которой он ведёт репортажи. Автор: Флориан Хассель. Перевёл: «Мекленбургский Петербуржец». @Mecklenburger_Petersburger P. S. от «Мекленбургского Петербуржца»: ещё одна нацистская тварь расчехлилась 😡 А вот читатели SZ, признаться, удивили. Я о них думал хуже. КОММЕНТАРИИ НЕМЕЦКИХ ЧИТАТЕЛЕЙ Хороший журналист не задал бы такого вопроса. Действительно, возникает вопрос: о чем этот человек вообще думал? (+20) --- К тому же это удивительно несерьёзный вопрос. (+19) --- Очень агрессивно. И этот журналист из «FAZ», который полностью избавился от всяких сдерживающих факторов, и автор, который навязывает свои оценки. Хорошо, речь идёт о кровавом режиме Путина, и оттуда нельзя допускать никаких комментариев, в которых других обвиняют в убийствах. И даже если в словах журналиста из FAZ просвечивает оправданное отчаяние: с журналистской объективностью это не имеет ничего общего (+14) --- Вопрос действительно не только крайне безвкусен, но и представляет собой довольно отвратительный призыв. Если бы речь не шла о России, это, вероятно, стало бы предметом уголовного преследования в Германии. Ведь цель защиты Украины от российского вторжения, поддерживаемая Западом, заключается не в том, чтобы убить как можно больше российских солдат, а в том, чтобы изгнать оккупантов с оккупированных украинских территорий. Только представьте себе, если бы репортёр спросил, что Запад может сделать, чтобы палестинцы в секторе Газа или ливанцы в Ливане могли убить больше израильских солдат (+12) --- «Этот вопрос действительно не только крайне безвкусен, но и представляет собой довольно отвратительный призыв». С первой частью я согласен, со второй — нет. Вопрос — это не призыв. Но «бесвкусица» не является критерием для уголовного преследования. Иначе пришлось бы также наказывать за «отопительный молоток» и «открытое полевое сражение». Уголовное преследование людей в чужих странах по российским критериям — это не просто бесвкусица, а скорее открытое нарушение закона. (+7) --- Разве война не подразумевает применение насилия? (+4) --- Конечно, подразумевает. Но даже на войне действуют правила, и солдаты агрессора тоже не являются вне закона. Государство, которое ставит своей военной целью убийство как можно большего числа солдат противника, в любом случае не должно получать поддержки от нашего государства. Гибель солдат — это порой неизбежное следствие военных конфликтов. Однако поддержка не должна сосредотачиваться на том, что приводит к наибольшему числу жертв среди солдат противника. Кстати, это было бы также вопиющим нарушением Гаагских конвенций о сухопутной войне, ведь даже во время войны нельзя без ограничений убивать вражеских солдат. (+14) <<<ЧИТАТЬ ПОЛНУЮ ВЕРСИЮ ПЕРЕВОДА СТАТЬИ>>> 🎚Об упорометре канала «Мекленбургский Петербуржец» 🟤🔴🟠🟡🟢🔵 📲 Читать в МАХ