Лабиринты Богомолова Спектакль идёт ни много ни мало четыре часа. И если вас испугала эта цифра, то хочу уберечь вас от предубеждений о скуке. На обсуждении после «Космического ветра, или Мраморной девочки» Богомолов признался, что выбрал такую продолжительность по, возможно, не самой очевидной причине. Не потому, что сюжет требует четырёх часов, а потому, что «для меня было важно, чтобы зритель устал». Уставший человек естественнее в своих реакциях. А режиссёру интересно, как управлять нашим вниманием, вести нас по «коридорам смыслов или эмоций». «Театр — это захват времени» - сказал Константин. И в этом смысле четыре часа — довольно серьёзная заявка на ваше внимание. На сцене 2090 год. Мир, в котором сарказм стал привычным языком, а герои вдруг пытаются освоить трагедию Еврипида. Прошли тысячелетия. В новом мире до неузнаваемости изменилось всё кроме, человеческой драмы. И пока герои будущего обращаются к античной трагедии, сам Богомолов рассуждает о возвращении к классике. На обсуждении он заявил, что «постмодернистская игра исчерпала себя», а одним из возможных путей театра назвал неоклассику — возвращение к чистому психологическому театру. И , кажется, психологией героев дело не ограничивается. Богомолов исследует и нашу с вами: сколько времени нужно, чтобы зритель перестал наблюдать за трагедией со стороны и сам оказался внутри неё? За этим я и советую идти на «Космический ветер»: посмотреть, как режиссёр пробует новый театральный язык, а заодно проверить, куда заведут его лабиринты лично вас. После октябрьских показов Константин Юрьевич также планирует обсуждения со зрителями в ноябре(даты, билеты). И если будет возможность остаться после спектакля — не упускайте, посидите до часа ночи. Лично мне происходящее в ночном «Театре на Бронной» понравилось, возможно, даже больше, чем в вечернем.