Максим Лёгкий

На конкурсе социальных архитекторов уважаемое начальство рассказывало, что политические технологии больше не работают, а работают технологии социальные (это правда на последних избирательных кампаниях так). И потому, политтехнологи больше не нужны, а нужны социальные архитекторы - то есть те, кто способен заниматься социальным проектированием и социальным прогнозированием. А на уровне социального проектирования работать как с существующими проблемами, так и с ценностями. Представители заказчиков, в лице глав регионов, политических партий и корпораций, точно также красиво рассуждали, как же здорово, что на смену политическим технологам пришли социальные архитекторы. А я сидела такая и думала, что в США, Европе или Африке политические технологии пока ещё как работают. А значит, мы по-любому много раз столкнемся с импортом политических технологий и идеологий. И значит, перед нами будет стоять обратная задача экспорта таковых. Поэтому можно сколько угодно рассуждать о том, чем там соцарх отличается от политтехнолога (как в анекдоте про крысу и хомячка - имиджем), но заниматься на уровне государства нужно и тем, и тем. А еще я думала вот что. Тут в зале перед уважаемыми заказчиками сидели двести финалистов, из которых 75 человек показали, что умеют очень быстро действовать в условиях жесточайшей конкуренции, ограниченного времени и ресурсов на муниципальном, региональном, федеральном и корпоративном уровнях. Ну как минимум 50 человек из этих 75 - точно состоявшиеся практики. Остальные - юные таланты. И бОльшая часть участников совершенно не жалуется на отсутствие работы и контрактов. А у вас в следующем году только одномандатных избирательных кампаний 225 штук. А еще Заксы, губернаторы, федералка, набор на контракт, адаптация демобилизовавшихся и куча других долгосрочных задач. И при всей величине цеха - куча откровенных жуликов или тех, кто давно не ловит мышей, а почивает на лаврах прошлых десятилетий. Поэтому я б на месте уважаемых заказчиков не проектики от нас ждала, а проактивно присматривала бы людей и хантила. Либо выращивала компетенции инхаус, опираясь на методики конкурса (они мне понравились - я уже говорила, что было сложно и объективно). У нас сейчас вообще эпоха, когда хороших специалистов сильно меньше, чем начальников. Впрочем, вы меня логично спросите, чем же все-таки, если без шуток, социальные архитекторы от политических технологов отличаются? На мой взгляд, не деятельностью, а целеполаганием и мотивацией. Политтехнолог - это наемник с романтикой «отработать бабло», готовый за деньги работать хоть на сатану. И вот эта кондотьерская романтика пестовалась в профессии много лет. Социальный архитектор - тот, кто служит своей стране, чьей мотивацией является служение и польза, и чья цель - успешное будущее России. А следовательно - на первом месте экологичность проекта и долгосрочность преобразований. На награждение победителей вместе со мной на сцену выходили коллеги, которые обеспечивали проведение референдума о присоединении к России под обстрелами и дронами, которые запускали СМИ почти на линии фронта, которые противостояли фейкам на ковиде и СВО, добровольцами уходили на фронт, нейтрализовывали протесты, организованные на западные деньги и работали в таких условиях и в таком режиме дня, что это невозможно объяснить ничем, кроме мотива служения Родине. И да, они политтехнологи - но никто из них не оставлял после себя выжженное поле. Не нужно бояться манипуляций: любая коммуникация - это уже манипуляция. Я могу поздороваться с человеком тремя разными способами и, тем самым, оказать на него разное влияние. Нужно искать целеполагание - и брать тех, с кем у тебя совпадают как цели, так и ценности.