🔻Вопрос на засыпку. Что у нас с безработицей и где в России кадровый клад (для решения проблемы кадрового дефицита)? 📝Контекст. Антон Котяков, министр труда и социальной защиты РФ, дал большое интервью изданию «Эксперт» - ответила на массу вопросов: как готовить кадры будущего, надо ли обучать школьников работать с ИИ, как трудятся зумеры, как поддерживать рождаемость и нет ли противоречия между политикой «все на рынок труда» и «рожать, рожать и ещё раз рожать». Полностью интервью с главой минтруда РФ можно прочитать здесь. Ну, а у нас - ответы на вопросы про безработицу. На вопрос отвечает (тут звучит крутящийся волчок из «Что? Где? Когда?») Антон Котяков, министр труда и социальной защиты РФ. ❓Когда говорят о кризисе на рынке труда, обычно имеют в виду высокую безработицу. У нас она сейчас минимальная, но и это тоже признают большой проблемой для экономики. Какое явление «хуже»? - И тот, и другой варианты - это большие риски. Высокая безработица опасна с социальной точки зрения. Но для этой проблемы есть понятный набор решений: стимулы для работодателей сохранять занятость, поддержка населения, запуск инвестпроектов. По такой программе мы действовали, например, во время пандемии, когда безработица росла. Показатели были тревожными, но было понимание, что это временно. И, действительно, ситуация на рынке труда быстро стабилизировалась. А недостаток квалифицированных кадров препятствует росту экономики. Решить эту проблему сложнее. Это серьёзный вызов, и ситуация подталкивает нас меняться на системном уровне, повышать эффективность кадровой политики, принимать стратегические, а не тактические решения. ❓Какой показатель безработицы был бы для нас комфортным? - В международной практике сбалансированным считается показатель в районе 4–5%. «Комфортный» для России уровень безработицы назвать не готов: с социальной точки зрения безработица в принципе некомфортна. А для бизнеса важна не безработица как таковая, а возможность оперативного расширения своих команд под новые задачи. Таким резервом роста могут быть не только безработные, но и выпускники, граждане, которые сейчас по разным причинам не ищут работу, но имеют нужные компетенции. И вот по уровням занятости у нас могут быть более или менее комфортные сценарии, которые зависят от задач. При текущем росте - одна численность занятых, если мы хотим его ускорить - то и кадровая потребность будет выше. Чем быстрее мы хотим расти - тем больше компетенций требуется нашей экономике. ❓Где основной источник восполнения дефицита рабочих рук? - Если мы говорим именно о кадровом потенциале, то это прежде всего молодёжь. Занятость среди возрастных когорт, которые считаются наиболее производительными, — это 30–39 и 40–49 лет — уже и так очень высокая: больше 90%. Этот потенциал практически исчерпан. За последние три года мы вовлекли в экономику больше 2 млн человек, и прежде всего из этих возрастных групп. С учётом демографических волн численность этих групп в экономике будет снижаться. Поэтому сегодняшнее окно возможностей для рынка труда - это молодые ребята в возрасте 18–27 лет. ❓ Рассматриваете ли вы старшее поколение как источник кадров? - Для предприятий сегодня это ценнейший актив. Компании держатся за профессионалов, пытаются сохранить опытных сотрудников. Я езжу по предприятиям и вижу, что возрастные сотрудники часто выступают наставниками. Хороший токарь передаёт свое мастерство более молодым, помогает влиться в коллектив, занимается воспитанием. ❓С учётом роста продолжительности жизни, вообще периода активной жизни стоит ли подумать об изменении границ трудоспособного возраста? - Никаких планов по пересмотру пенсионного возраста у нас нет. Ведь только-только завершается переходный период по повышению пенсионного возраста, а в исторических регионах этот период будет продолжаться до конца 2032 года! Ваш Замгубернатора @matrosou