«Матери Планеты»: статьи, расследования

На недавнем круглом столе сенатора Рона Джонсона, посвященном больничным протоколам лечения COVID-19, американцы рассказали правду о том, что СМИ, крупные фармацевтические компании и больничная бюрократия три года пытались скрыть. Один мужчина не смог сдержать слез, рассказывая о том, что они сделали с его женой. Они вынесли ей смертный приговор. Врачи сказали ему, что она умрет через 24 часа. Поэтому они перестали ее лечить. Они списали ее со счетов. Они не пускали к ней родственников — не позволяли мужу видеться с женой, не позволяли детям видеться с матерью. Изоляция была частью протокола. И тогда он пришел в отделение интенсивной терапии, чтобы спасти ее. «Я пришел в отделение интенсивной терапии, чтобы забрать жену домой. Гейл была в сознании, адекватно реагировала на происходящее и неоднократно заявляла, что хочет уйти со мной». Она хотела жить. Она хотела уйти с мужем. И что же сделала больница? Вызвала полицию. Администрация вызвала правоохранительные органы из-за того, что муж пытался спасти свою жену. То, что должно было закончиться выпиской, превратилось в шестичасовое противостояние. «Я бы ее не бросил». В какой-то момент эта американка, прикованная к больничной койке, спросила у сержанта полиции: «Я что, пациентка или заключенная?» Пациентка или заключенная. В американской больнице. Когда ей наконец разрешили забрать ее домой, медсестра посмотрела на него и сказала: «Помяни мое слово, сегодня ночью она умрет». Но он все равно забрал ее домой. И она выжила. Она поправилась. Она жива сегодня благодаря тому, что один мужчина отказался подчиняться так называемым экспертам и не оставил свою жену умирать в одиночестве в ковидном отделении. Это не медицина. Это был протокол смерти. Больницы не лечили пациентов — они превратили свои учреждения в «клиники смерти», следуя указаниям Национального института здравоохранения и обналичивая федеральные премиальные чеки за каждого пациента, которого подключали к аппарату искусственной вентиляции легких и начинали лечить ремдесивиром. Это преступление, о котором они не хотят, чтобы вы говорили. Вот почему мы никогда не перестанем требовать привлечения виновных к ответственности. Источник