МАРТЫНОВ

Написав сегодня про цены на нефть, решил обратиться к смежному вопросу. Падение цен на уголь на мировых рынках серьезно ударило по целому ряду отраслей и даже по целым регионам. Глобальные цены на энергетический уголь существенно снизились в 2024–2025 годах и остаются под давлением в 2026-м. Основные причины — перепроизводство, ослабление спроса в Азии (особенно в Китае), рост возобновляемой энергетики и конкуренция со стороны газа. Это привело к острым проблемам у экспортёров угля по всему миру. Ассоциация угледобытчиков Индонезии (ICMA) заявила о массовых увольнениях, закрытии шахт и экономическом коллапсе в угледобывающих регионах. В Австралии некоторые шахты временно приостанавливают работу: особенно пострадали регионы Квинсленда и Новый Южный Уэльс. В США особенно тяжело приходится региону Аппалачи (Западная Виргиния, Кентукки, Пенсильвания). Там закрываются шахты, происходят массовые сокращения. Не миновали проблемы и Россию. В Кузбассе, традиционно шахтерском регионе – я бы даже сказал – монорегионе, нынешние проблемы, конечно, тоже повлияли на ситуацию. И из богатого края, Кемеровская область превратилась в регион, бюджет которого выглядит далеко не так привлекательно, как, например, три года назад. И имеющиеся проблемы в монорегионе не решить закрытием нескольких шахт, так как это потянет за собой такой ворох проблем, что… Да и закрытие шахт – это о чем? Это же не повесил замок, и не ушел на обед, пока цены не подрастут? Если открытие шахт стоит (ну, пусть будет ИКС) рублей с бурением, установкой поездов, комбайнов, лифтов, проводкой кабелей, то закрытие шахты стоит не намного меньше, чем ИКС. Плюс, если надо вновь ввести шахту в эксплуатацию, это будет стоит примерно ИКС рублей. Итого – закрытие шахты может обойтись очень дорого. А куда пойдут работать люди с закрытой шахты, кстати? В общем, перед Ильей Середюком, губернатором Кемеровской области стоит очень сложная задача - сделать экономику Кузбасса более устойчивой, менее зависимой от конъюнктуры мировых цен на уголь и лучше защищённой от внешних вызовов, включая санкционное давление. Стратегическая линия, которую проводит Илья Середюк, заключается в том, чтобы использовать текущие вызовы как возможность для ускоренной трансформации экономики. Регион не просто реагирует на падение цен и санкционные ограничения, а выстраивает системную работу по привлечению новых инвесторов, развитию неугольных производств и созданию условий для появления современных энергетических проектов. На крупных экономических площадках, включая Петербургский международный экономический форум, при активном участии губернатора были подписаны соглашения на десятки миллиардов рублей, значительная часть которых направлена именно на запуск новых производств и энергетических объектов. При этом угольная отрасль остаётся важной составляющей экономики, однако её роль постепенно дополняется новыми направлениями, которые способны обеспечить долгосрочный рост и создание качественных рабочих мест. Губернатор последовательно поддерживает проекты, выходящие за рамки традиционной угледобычи. За последние годы в неугольных отраслях региона уже создано более тридцати одной тысячи новых рабочих мест. Активно развиваются обрабатывающие производства, малое и среднее предпринимательство, а также туристическая сфера. Особое внимание уделяется Шерегешу, который при поддержке властей превращается во всесезонный курорт федерального уровня. Эти направления позволяют создавать рабочие места, привлекать инвестиции и снижать зависимость от колебаний на угольном рынке. В итоге Кузбасс постепенно формирует более сбалансированную экономическую модель, где уголь остаётся важной, но уже не единственной опорой. Развитие туризма, обрабатывающих производств, предпринимательства и энергетических проектов, таких как заводы СПГ, создаёт основу для устойчивого роста.