Концепция тотальный театр Совсем недавно мы делились итогами международного конкурса Bodegas Vinival, где наша архитектурная концепция вошла в число лучших работ, а в номинации за приз зрительских симпатий мы получили первое место! Как и обещали, делимся подробнее нашей концепцией. Перед нами стояла очень интересная задача. Мы работали с бывшей винодельней в Валенсии — массивным, выразительным зданием с сильным характером. По условиям конкурса это место должно было стать точкой притяжения перед Фестивалем огня: пространством, где мастера передают навыки, создают фигуры для парада, разучивают народные танцы и готовят выступления. С самого начала нам было важно не просто разместить функции, а понять, как здесь рождается и живёт творчество. Что происходит до момента, когда зритель видит готовое представление? Так появилась идея куба-шкатулки — пространства, в котором процесс остаётся скрытым. Репетиции, работа руками, поиск формы и движения живут внутри, не становясь сразу публичными. Архитектура здесь не выставляет процесс напоказ, а бережно охраняет его до момента раскрытия. Во многом мы вдохновлялись подходом Lacaton & Vassal — их умением работать с существующей архитектурой максимально деликатно, добавляя новое как лёгкий, почти временный слой. Нам была близка их логика: не разрушать, не маскировать, а расширять возможности здания. Так в проекте появилась лёгкая, но крупная форма, внезапно врезанная в массивный исторический объём. Поликарбонатный куб контрастирует с тяжёлыми стенами винодельни, но не спорит с ними. Он пропускает свет, создаёт мягкое свечение и визуально работает как сценография — как временная декорация внутри постоянной архитектуры. При этом он обеспечивает дополнительное естественное освещение. Внутри куба пространство сделано максимально гибким: перегородки двигаются, мастерская может становиться сценой, а репетиционный зал — зрительным пространством. Архитектура перестаёт быть фоном и начинает работать как инструмент. В этом смысле нам близка идея тотального театра, где само здание становится участником действия. При этом к исходной архитектуре мы отнеслись очень бережно. Нам действительно нравится первоначальная форма винодельни, её тяжесть и пластика, поэтому фасады почти не изменены. Новое вмешательство не доминирует, а вступает в диалог: лёгкое внутри тяжёлого, временное внутри постоянного. В итоге для нас этот проект — не просто реконструкция. Это живое здание, которое может закрываться и открываться, быть тихим рабочим пространством днём и сценой вечером. Пространство, где традиции не застывают, а продолжают жить и передаваться дальше.