Змагары любят утверждать, что "русский" в Великом княжестве Литовском и Речи Посполитой означало "православный". Это не так. Вернее, не совсем так. Русский означало русский. То есть предок современных великороссов (россиян), украинцев и белорусов. Конкретный этнос со своим языком, историей, самосознанием. "Русский язык" в Статуте ВКЛ — это "православный" язык? А протестанты Василий Тяпинский и Симон Будный, униат Ипатий Потей, говорившие о себе и своих людях "русь", "русские"? Православную веру в источниках практически всегда называли "греческой", а православных — "греками". Со временем слово "русский" тоже стало означать принадлежность к православию, а затем и униатству. Потому что эта вера стала неотъемлемым маркером русского народа, как католицизм — польского. В начале ХХ века окатоличенных белорусов и литовцев у нас называли "поляки", хотя они коренными поляками не являлись. Однако это было производное от этноса, а не наоборот. Ну, и на десерт: отождествление русского и православного происходило не только в Речи Посполитой, но и в России. У Владимира Даля в его словаре (т. 3, 1907, с. 1745) читаем, что русский означает "крещёный христианин" в значении чего-то естественного и нормального. "Русский дух" — значит, человеческий, то есть нормальный. "С ним по-русски не сговоришь" — значит, человек глупый. "Русский счёт" — понятный, толковый счёт и т.д. Если ты русский, то ты свой и, естественно, православный.