Безопасность и безумие

Супермаркетов не было. Магазины у дома делились на булочные, бакалеи, молочные, мясные, рыбные и кондитерские. Ещё были универсальные магазины — универсамы, в которых всё было в одном месте, но сами они существовали где-то в других местах. Не там, где жили люди. Мама давала список — бумажку, куда ручкой вписывались продукты и их литры, килограммы и штуки. Со списком надо было обходить каждый магазин и набирать понемногу товаров. Внутри сначала стоило подойти к прилавку и посмотреть на товар. Запомнить цену и номер отдела. Потом идти на кассу. Если кассирша была опытной, можно было просто назвать отдел и товар — она помнила, сколько он стоит. Если молодая, наверняка можно было услышать: -Оййй, хххоспадя, ну, я шо помню всё? Цена-то какая? Потом с чеком надо было вернуться в отдел и, отстояв вторую очередь, отдать продавщице (максимально однополая профессия — мужчины в магазинах существовали только в качестве грузчиков в синих халатах да мясников на рынках). Когда в булочную привозили свежий хлеб, случался праздник обоняния. С другой стороны улицы, может, даже из-за угла нос уже знал, что приехала машина с хлебозавода — она стоит с открытым кузовом, а дядьки на лотках носят самый вкусный в мире хлеб. На подходе к магазину рисовались мечтания о том, как прийти домой, отрезать горбушку чёрного, посыпать сахаром и медленно есть. Или отрезать горбушку белого, вскрыть банку со сгущёнкой (надо было тайком найти в нише под окном — «не трожь — это на новый год!») и, поливая свежий хлеб, думать о том, как прекрасна маленькая жизнь! Единственное, против чего не могла устоять ни одна детская душа, — горбушка по дороге домой. Примерно каждый ребёнок постсоветского пространства, купив свежий хлеб, начинал источать слюну на обратном пути. И никто не справлялся. Хлеб всегда приносился домой со следами зубов на горбушке. Есть свежий хлеб из булочной, неся его домой, — настоящее постсоветское счастье. #бытовоймемуар Канал в Максе. @madsecurity