Безопасность и безумие

Жажда. По началу войны шёл я в Бресте однажды Через время, прервавшее всклоченный бег. В цитадели ко мне, изнывая от жажды, Полз огромный бетонный живой человек. Между краснокирпичным разбитым расплавьем Взад он землю оттаптывал, еле дыша, И, конечно, безумец коль ринулся вплавь, я Лодку б дал и весло, но он взял ППШ. Мимо люди идут, фоном птицы щебечут, Ветер веет, под солнцем работает пот, Ну, а этот, упёртый, как танк, покалечен И к воде, наплевавши на раны, ползёт. Встал я рядом. Смотрю, чтобы мысли изведать По сухому и рыхлому в муке лицу: Почему все на Шпрее находят победу, Только этот несчастный ползёт к Мухавцу? Вот вода, одуванчики, мошки и рыбы И несложный, упитанный зеленью склон, Но ему всё равно. Словно загнан на дыбу - Как Сизиф, он бесцельно в свой труд погружён. В приоткрытых зрачках отражение сплава, Но не брёвен, а трупов по затхлой воде. Дайте ж пить! Тот, кто жаждет воды, а не славы, Не поднимется в рост на расстрельной гряде. Но вокруг памятливые сердцем потомки Отделяют свихнувшегося от воды. Им бы звёзды, да танки, да прах, да обломки. Не напиться дадут, а положат цветы. Так ползти ему вечно с гвоздиками в каске Без рубахи в бетонных штанах налегке С мирным светом вокруг и без всякой опаски, Что прожекторы высветят целью в реке. И ходить нам всегда вдоль бетонного борта, Вынимая попутно соринки из глаз. Вечны здесь и вода, и огонь, и упёртый, До реки не доставший, но тронувший нас. #стишоньки #22июня