Проблема с тяжелыми гексакоптерами на фронте, о которой сегодня говорил Путин, на самом деле лишь часть более широкой темы. Речь идет о цифровизации боевых действий в целом. Сюда же относится и отсутствие у российской армии собственного рабочего аналога системы Starlink и полноценной системы управления тактическим звеном, внутри которой такие дроны могли бы нормально функционировать. Сейчас управление гексакоптерами идет в ручном режиме. Это помогает снабжать подразделения и решать отдельные задачи. Но устойчивой такую схему назвать нельзя. Фронт станет действительно управляемым и предсказуемым только тогда, когда все эти процессы будут автоматизированы. В рамках такой автоматизированной системы управления тактическим звеном дроны могли бы и должны работать исключительно автономно. Цепочка принятия решений в этом плане довольна проста: как только подразделение через спутниковый интернет отправляет запрос в логистический центр, операторы собирают полезную нагрузку, нажимают кнопку и дальше дрон самостоятельно доставляет боекомплект, еду или медикаменты на позиции. Без постоянного ручного контроля, а подразделение на земле лишь подтверждает его прибытие. Только в таком виде можно будет говорить, что проблема решена хотя бы на базовом уровне. При этом разумно создавать типовые виды нагрузок на отделение, взвод или роту, чтобы у логистических специалистов была возможность быстро маневрировать объёмом груза в зависимости от того, сколько людей находится на той или иной позиции. ⤷ @warhronika