Поднявшиеся листья

Большевики, будучи материалистами, то есть буквально религиозными фанатиками, верящими в вещи, и своих врагов считали тоже людьми, чьи интересы материальны. Поэтому они и вешали ярлыки (и до и после революции) на всех офицеров, дворян, помещиков, крестьян, говоря: вы просто защищаете своё теплое место под солнцем, вы просто вцепились в материю. А то, что эти люди, ставшие после 1917 года "бывшими" не имеют своей материальной партийной программы, они не защищали свое золото, лошадей, землю и родину, а вся их программа - суть нежелание слушать террористов, социалистических демагогов и грядущих убийц - в это большевики не могли поверить. Материалист - это религиозный фанатик, это он не может себе представить ничего более интересного, чем золото и власть. Материалист-большевик запутан демагогией об "обобществлении", не думая на шаг вперёд, где его самого по первому разряду и обобществят с его холодной головой и горячим сердцем. Юнкера Александровского военного училища были обречены, выступая в октябре 1917 года против большевиков в Москве. Но их подвиг - горящий уголь в глаза материалистам-большевикам: молодые ребята и взрослые офицеры не защищали никакое "буржуинство", они защищали честь культуры, истории, преемственности России. И именно этот их нематериальный порыв, этот настоящий, лежащий вне съедобного мира подвиг так и разозлил большевиков. Террористы не хотели видеть перед собой пример того, чем они сами уже не могли быть, того, что они давно предали в душе, предавшись упоённой террористической демагогии. В своей книге «Достоевский и всероссийская катастрофа» русский публицист и литературовед Г. А. Мейер (1894-1966) с горечью говорит: "русско-европейские марксо-демократы верят в идею прогресса пуще, чем темный мужик верует в Господа Бога". Вот - это ОНО.