Лукабек

👈«Карточный домик» Лукашенко оказался на сквозняке Ситуация вокруг белорусско-украинских отношений, описанная коллегами, напоминает сцену из нуарного кино, где один персонаж молча приставляет пистолет к виску другого, а тот делает вид, что у него просто болит голова. Владимир Зеленский перешел к языку конкретных координат. Заявление президента Украины — это не просто дежурное предупреждение, а детальный отчет о «домашней работе», проделанной украинской разведкой. Четыре ретранслятора в Гомельской и Брестской областях, список заводов, поставляющих компоненты для российской «оборонки» — Киев дает понять, что «белорусский суверенитет» в вопросах логистики для российской армии больше не является индульгенцией. Историк Александр Фридман подметил, что Киев окончательно избавился от комплекса «младшего брата» в отношениях с Минском. Раньше Лукашенко виртуозно играл на страхах, маневрировал между центрами силы и выступал в роли «миротворца» (вспомним легенды о спасении Путина от Пригожина). Сегодня так не работает. Зеленский видит в Лукашенко не «хитрого лиса», а напуганного человека, чьи ресурсы в войне стали для Киева вполне законными военными целями. Беларусь уже не может быть «подушкой безопасности» для Москвы, она сама теперь нуждается в защите от собственного союзника. Самая яркая деталь — это гробовая тишина из Минска на киевский ультиматум. Лукашенко, который всегда славился умением часами рассуждать о чем угодно, от картошки до ядерного оружия, внезапно «набрал в рот воды». Никаких гневных тирад , никаких обещаний «показать, откуда готовилось нападение». Это молчание красноречиво. Оно означает, что ставки выросли до предела. Минск оказался в классической ловушке: если признать наличие «ретрансляторов» и поставок — это прямой путь к легитимизации украинских ударов по своей территории. Если отрицать — это значит выглядеть слабым в глазах Москвы, которая требует всё больше, а дает всё меньше. Похоже, излюбленная стратегия Лукашенко «сидеть на двух стульях» привела к тому, что те начали разъезжаться. Погружаемся в декаданс вместе.