Financial Times пишет, что в ближайшие 15 лет Россия может контролировать до 36% мировой добычи урана. При этом внутри страны в 2024 году добыли только 2 738 тонн, около 5% мирового объема Такая оценка учитывает зарубежные активы «Росатома», прежде всего в Казахстане. Подконтрольная ему Uranium One располагает там примерно 10 тыс. тонн годовой добычной мощности, поэтому с учетом иностранных активов российская доля уже оценивается примерно в 25%. Россия расширяет добычу и за пределами Центральной Азии. В Танзании готовится проект мощностью до 3 тыс. тонн урана в год, а внутри России «Росатом» планирует увеличить производство до 4 тыс. тонн к 2030 году. Еще сильнее позиции Москвы в обогащении урана, где на Россию приходится около 44% мировых мощностей. При этом 36% остаются прогнозным сценарием. Казахстан, который сейчас производит около 39% мирового урана, ужесточил условия для иностранных компаний: в новых проектах доля «Казатомпрома» должна превышать 75%, а для продления соглашений или увеличения добычи требуется не менее 90% либо передача технологий. Часть российских активов уже перешла китайским компаниям. Узбекистан тоже планирует увеличить добычу примерно с 4 тыс. до 7,1 тыс. тонн к 2030 году. По оценке CSA, при более жесткой политике Казахстана и проблемах с проектами в Африке российская доля может составить около 14% вместо 36%. Для Азии вопрос особенно важен из-за быстрого роста атомной энергетики. В регионе работает около 150 реакторов и еще примерно 55 строятся. Китай имеет 64 действующих и 38 строящихся реакторов и потребляет около 13,9 тыс. тонн урана в год. Южная Корея потребляет около 4,7 тыс. тонн, Япония 2,1 тыс., Индия 1,9 тыс. тонн. Одновременно Китай покупает доли в казахстанских месторождениях, поэтому Центральная Азия становится одним из главных центров конкуренции за будущие поставки. 📱 Telegram | 💙VK | 🇷🇺MAX | 🌐Дзен