Комочек ярости

ЛЕТО, КОТОРОГО НЕ БЫЛО Каждый год 1 сентября происходит довольно странная вещь. Ничего особенно не изменилось: на улице может быть +25, деревья стоят зелёные, люди продолжают сидеть на верандах, а календарное первое сентября отличается от вчерашнего дня примерно ничем. Но мы смотрим на дату и почему-то думаем: всё. Лето закончилось. И следом часто приходит не просто сожаление о погоде. Возникает гораздо более неприятное ощущение: я опять что-то не успел. Хотя никто особенно не может объяснить — что именно. И вот это мне кажется гораздо интереснее обычной «осенней хандры». Потому что конец лета — один из тех моментов года, когда мы переживаем не столько смену сезона, сколько маленькую репетицию конечности собственной жизни. Для начала — довольно странная особенность человеческой психики. Мы плохо воспринимаем время как непрерывный поток. Нам нужны границы: Новый год, день рождения, понедельник, первое число, начало отпуска. И 1 сентября. Такие даты становятся психологическими разделителями между «до» и «после». Пока период продолжается, у психики сохраняется очень приятная лазейка: Я ЕЩЁ УСПЕЮ. Ещё съезжу за город, ещё буду завтракать на террасе, ещё начну бегать, ещё встречусь со всеми, ещё будет тот самый длинный вечер, когда мы сидим где-нибудь до двух ночи и никуда не торопимся. А потом наступает 1 сентября, и происходит неприятное: БУДУЩЕЕ ПРЕВРАЩАЕТСЯ В ПРОШЛОЕ. Вместе с ним исчезают события, которые до этого существовали хотя бы в потенциальной версии нашей жизни. Поэтому мы оплакиваем не только то лето, которое закончилось. Мы немного оплакиваем лето, которого вообще не было. Потому что у каждого из нас существует второе лето. Первое — реальное. В нём была работа, доставка продуктов, дедлайны, пробки, болезни, бытовые дела. Ты три дня собирался разобрать балкон, отменил поездку, полтора часа выбирал гостиницу, устал, а про какую-нибудь среду в середине июля вообще не можешь вспомнить, чем занимался. Но рядом с реальным летом всё это время существовало другое — воображаемое. Там ты почему-то более живой. Больше путешествуешь, чаще видишь друзей, красиво ешь персики, купаешься, влюбляешься, читаешь на веранде книгу и вообще гораздо убедительнее участвуешь в собственной жизни. Пока лето продолжается, между этими двумя версиями сохраняется мостик: ЕЩЁ УСПЕЮ. Первого сентября этот мостик исчезает. И выясняется, что часть обещанного себе будущего уже не произойдёт. По крайней мере — этим летом. И здесь появляется ещё одна проблема: лето давно перестало быть просто временем года. Оно культурно маркировано как время, когда человек должен ЖИТЬ. Зимой можно сидеть дома. В ноябре можно быть уставшим. От февраля вообще довольно низкие ожидания. Но летом положено путешествовать, гулять, любить, встречаться, плавать, красиво одеваться, получать впечатления, сидеть на верандах и иметь хотя бы несколько фотографий, доказывающих, что всё это действительно происходило. Поэтому лето постепенно превратилось в проект. А у любого проекта появляются KPI. И 1 сентября внутренний отдел аналитики открывает Excel: ну? Что у нас? Где Италия? Где роман? Где рассвет? Почему из трёх месяцев значительную часть ты просто работала? И вот здесь начинается самое интересное. Мы привыкли думать, что сожаление в начале сентября говорит нам: «Мне не хватило лета». Но иногда оно говорит совсем другое: МНЕ НЕ ХВАТАЕТ МОЕЙ ЖИЗНИ. И это уже гораздо менее удобная мысль. Потому что купить билеты на море проще, чем спросить себя: почему ощущение, что я действительно живу, возникает у меня преимущественно тогда, когда я не работаю? Почему обычная жизнь ощущается как технический промежуток между отпусками? Почему впечатления необходимо специально организовывать? Почему ноябрь я заранее считаю временем, которое нужно пережить, а июль — временем, которое нельзя потерять? И в какой момент год вообще разделился на маленькие островки настоящей жизни и огромные территории её обслуживания? Возможно, поэтому 1 сентября и ощущается так странно. Оно неожиданно предъявляет масштаб времени. Прошло ещё три месяца. Не катастрофически много, но и не мало.