Разговор. Вчера вечером впервые за очень долгое время много и по душам говорил с мамой. Дофига всего накопилось. Отец в больнице. Вот и разболтались. Книги в нашей семье — это способ коммуникации. Вот мы с мамой и делились впечатлениями от последних прочитанных книг, об отце много говорили. О его смешных коньках, которые так бесят нас, но на которые любовь наша закрывает глаза. Я все объяснял маме, как ей до отца донести, что теперь она ему обувь покупать должна. А обувь — это запретная территория, ибо это травма детства у бати. Отец мой модник, но все время покупает херню, а не ботинки. Красивые, но не особо удобные. А это для него фатально, ибо с ногами на фоне диабета у него проблемы. Вот сейчас ему палец оттяпали. Что сделало отца модником? Виновен Буревестник. Речь не про птицу, не про Горького и даже не про ракету, а про обувную фабрику Буревестник. Там работала мама моего отца. Ходил молодой папа в буревестниках на зависть всей детворе. Кроме ботинок ничего примечательного в его стандартном советском гардеробе не было. С тех пор отец и полюбил обувь, но странной любовью. Она у него фетиш напоминает. Вечно выберет себе говно неудобное, но яркое, примечательное, и давай носить, а в итоге минус палец. Откуда я знаю, что обувь неудобная? Да я за отцом кучу ботинок донашивал, у нас размер ноги один и стопы идентичные. Вот и объяснял я маме своей, на какой козе нужно к отцу подъехать, чтобы сбить его с конька и лишить права покупать обувь, но не вызвать в старике обиды. Сработает ли мой план? Поживем-увидим…