Эпизод. Амалиенау Кёнигсберг. Октябрь. Раннее утро. Сталкер вышел за кладбищенскую ограду и только тогда понял, что не помнит, как открывал ворота. Они были за его спиной, закрытые. Створки сошлись так плотно, что между ними не пролезла бы и тень. Он не стал проверять, заперты ли они. Перед ним лежал Амалиенау. Октябрь здесь был не месяцем, а состоянием: сырой воздух, запах опавших листьев и дыма из труб, которые давно не топили. Дым не поднимался над крышами, но запах стоял, тёплый и домашний. Так пахнет в доме, из которого вышли минуту назад. Улица уходила вперёд, обсаженная липами. Жёлтые листья лежали на мостовой плотным ковром, и ни одного следа на нём не было. Сталкер сделал шаг и услышал, как под подошвой хрустит прошлогодняя осень. Или позапрошлогодняя. Или та, которая никогда не заканчивалась. Он пошёл вдоль оград.