Статуя Свободы: проект «Египтянка» или долгая дорога медной дамы В 1869 году правитель Египта Исмаил-паша с тоской разглядывал эскизы, на которых молодой французский скульптор Фредерик Огюст Бартольди предлагал водрузить на входе в только что прорытый Суэцкий канал колоссальную мусульманскую крестьянку в хиджабе с факелом в руке. Монумент должен был называться возвышенно: «Прогресс, несущий свет в Азию», а заодно быть гигантским маяком. Хедив Египта был человеком восточным, вежливым, но казна трещала по швам, поэтому скульптора деликатно выставили за дверь: лишних миллионов на медную великаншу в пустыне не нашлось. Бартольди свернул чертежи и уехал в Париж, но от идеи построить что-нибудь грандиозное не отказался. Вскоре во Франции заговорили о приближающемся вековом юбилее американской независимости. В воздухе витала идея: подарить заокеанской республике что-нибудь подтверждающее франко-американскую дружбу. Бартольди поступил практично: достал египетские чертежи, сменил крестьянке паранджу на античную римскую тогу, добавил корону с семью лучами, вложил в левую руку скрижаль с датой «4 июля 1776 года» и переименовал проект в «Свободу, озаряющую мир». Французы выдвинули одно условие: саму статую они отливают за свой счёт, а возведение гранитного пьедестала ложится на плечи принимающей стороны. Когда новость о подарке долетела до Нью-Йорка, американцы, честно говоря, не обрадовались: конгресс категорически отказался тратить бюджетные деньги на «бесполезное металлическое изваяние», а благотворительные балы для миллионеров с треском провалились - финансовые тузы с Уолл-стрит искренне не понимали, зачем оплачивать чужую фантазию. Тем временем в Париже работа уже кипела. Бартольди привлек к делу инженера Гюстава Эйфеля - того самого, чье имя совсем скоро прогремит на весь мир благодаря башне. Эйфель придумал гениальное техническое решение: он спроектировал гибкий стальной каркас, к которому подвижно крепились тонкие медные листы. Благодаря этому статуя могла выдерживать штормовые атлантические ветры, слегка покачиваясь на несколько сантиметров, словно живое дерево. Но деньги катастрофически таяли по обе стороны океана. Чтобы не замораживать стройку, Бартольди пустил еще не рождённый монумент по частям на гастроли. В 1876 году на Всемирную выставку в Филадельфию привезли… только одну правую руку статуи с факелом: за 50 центов любой желающий мог подняться на факел и полюбоваться окрестностями. Рука зарабатывала первые деньги, а голову тем временем выставили в Париже на Марсовом поле, где зеваки массово бродили внутри пустого медного черепа. К 1885 году французы закончили работу, упаковали статую в 214 деревянных ящиков и на фрегате «Изер» доставили в Нью-Йорк, где на острове Бедлоу… сиротливо темнел лишь наполовину залитый бетонный цоколь, потому что денег на гранит не было, а рабочие давно разбрелись. Спасать национальную гордость взялся газетный магнат Джозеф Пулитцер. На страницах газеты «New York World» он открыл первую в истории краудфандинговую кампанию, пообещав напечатать имя каждого, кто пожертвует хотя бы цент. И расчет сработал. В редакцию мешками потекли конверты: бруклинские школьники отправляли карманные центы, портовые грузчики скидывались по четвертаку, горничные присылали мятые долларовые купюры. Больше 120 тысяч человек собрали нужную сумму за несколько месяцев. 28 октября 1886 года при рёве пароходных гудков и грохоте пушек присутствующие увидели, как над заливом возвысилась яркая исполинская фигура цвета новенькой начищенной медной монеты. Знакомый нам благородный бирюзовый оттенок появился лишь спустя 30 лет, когда солёный океанский воздух покрыл медь плотным слоем патины. В начале XX века были идеи выкрасить её масляной краской, но ученые вовремя объяснили, что этот налёт - лучшая природная броня металла. Так проект отвергнутого египетского маяка, спасённый американскими бедняками, превратился в главный символ эпохи. Ничего удивительного, в истории настоящую свободу люди часто покупали сами. И, как правило, на последнюю мелочь. Культурный осадок 📚🍷 Подпишись, я буду рад тебе.