Тайна Коко: национальные символы для самых маленьких В субботу, накануне Дня мёртвых в Мексике, студенты попросили меня сделать разбор фильма "Тайна Коко" – одного из самых известных в России анимационных фильмов о Мексике и Дне мёртвых. Это детская сказка, которая преднамеренно "густо" замешана на ярких национальных символах. Предлагаю посмотреть на неё как на продукт своего времени, имеющий конкретную аудиторию, а не как на идеальное зеркало мексиканской народной культуры. Я, честно скажу, очень этот фильм люблю, а исполнение песни "Llorona" в финале считаю образцовым. Кратко напомню сюжет (внимание, спойлеры): пацан из семьи сапожников хочет стать музыкантом, разрывается между семейным делом и музыкой, в итоге на день мертвых попадает в загробный мир, где узнает все тайны своей семьи. В итоге всё заканчивается хорошо, все возвращаются на свои места, добро победило, зло наказано, все поют. Для кого этот фильм снят? Его премьера в 2017 году состоялась в Мексике раньше, чем в США, что крайне необычно для больших голливудских проектов, но у этого есть вполне конкретный смысл. Аудитория фильма — мексиканские дети и подростки, к 2017 году уже вовсю живущие в американской массовой культуре, смотрят американские фильмы и сериалы, которые сидят в американских соцсетях и празднуют Хэллоуин, потому что это модно и прикольно. Именно этой молодой аудитории Адриан Молина и Ли Анкрич хотели напомнить об их корнях. Когда состоялась премьера в США, "идеальным зрителем" этого фильма был подросток-чикано, т.е. американец в третьем-четвертом поколении, который уже почти не говорит по-испански, а на земле своих предков ни разу не был и не стремится туда. Так что фильм превращается одновременно в сказку о семейных ценностях и в импульс, который должен показать мексиканской и испаноязычной американской молодежи красоту и ценность родной культуры. Помимо этого, в фильме обыгрываются основные трагедии мексиканской семьи: отсутствие отца, которым, тем не менее, принято восхищаться, фундаментальная роль женщины в сохранении и воспроизводстве порядка вещей, семья и её традиции. Присутствуют в нём и герои, которые должны заставить юного зрителя спросить у родителей "мам-пап, а кто это?". Тут у нас полный набор мексиканской ностальгии: Педро Инфанте и Хорхе Негрете, Фрида Кало, Эль-Санто и многие другие. В общем, олицетворения той самой Мексики, когда власть PRI была сильна, заводы колосились, а ВВП рос на 5+% в год несколько лет подряд, к которым у идеального зрителя должен возникнуть интерес. Помещение детской истории в загробный мир тоже является воспроизводством и укреплением "национального тотема Мексики", если выражаться словами Клаудио Ломница из его фундаментальной "Death and the Idea of Mexico". Да, в Мексике смерть — национальный тотем, но об этом в другой раз. Смерть — это естественный этап существования, после которого человек перемещается в другой мир, где становится забавным и милым скелетиком, который живёт постольку, поскольку его помнят. Такая смягченная для юного зрителя репрезентация иронично-интимного отношения мексиканцев к смерти, которая, как водится, всегда рядом. Всё это в атмосфере традиционных форм празднования Дня мертвых, которые режиссеры подсмотрели в штате Оахака, и музыкального карнавала. Критиковать этот фильм я не вижу особого смысла. Единственное, что меня действительно удивляет, глядя на этот фильм — это отсутствие христианского католического компонента. Всё же празднование "Дня всех святых", перетекающее в "День усопших верных" начинается с мессы, а на поминальном алтаре обязательно присутствует крест или статуя святого покровителя. Здесь же день мертвых подаётся исключительно как семейный праздник, религиозные здания появляются лишь как декорации, а церковь не играет никакой роли. Что же, религиозную стерильность оставим на совести Голливуда. Как бы там ни было, Молина и Анкрич внесли своей вклад в популяризацию Дня мертвых как символа Мексики по всему миру, а юной аудитории в целевых странах напомнили о семейных и национальных ценностях. Иван Косиченко Para todo mal 🤩