Анна Федорова

Добавлю одну мысль к дискуссии о коллективизме русского человека, которую начал Илья Гращенков. Знаете, где больше всего разговоров о том, что русский человек коллективист, частную инициативу душит, выделяться из толпы боится, индивидуальность подавляет? В специфических кругах, которые раньше назывались демшизой, потом фэйсбучной тусовкой / оппозиционной интеллигенцией, а сейчас "совестью нации за границей". Там этот миф и порожден. На простом как лопата противопоставлении: "на прекрасном Западе люди великолепны в своем индивидуализме, у них протестантская этика, капитализм и инновации. Это венец истории и вообще эволюции. А в России генетические рабы построили коммунизм и одели всех в серую форму". И вот что интересно. Эти же люди обожают рассуждать об "атомизации" и "отчужденности" в России. Мол, русские - они коллективисты. Но если человек упадет на улице — они пройдут мимо, хохоча. И противоречия не видят! А в реальности мне кажется все тоньше. Для нас на самом деле дико важна "свобода". Не как набор гражданских прав и всяких возможностей, а как экзистенциальная категория. Определить ее формально невозможно, можно только эмпирически нащупать пределы, за которыми медведь начинает ворчать.