Ламповый Преемник

"Не обязательно расширять политические права населения, но надо заботиться о росте его доходов". (с) Биография Константина Калачева, в принципе, объясняет его точку зрения. Он понимает, как работает система, и не просит у неё то, что она никогда не даст. Но всё равно сделаю пару замечаний для публики. Пост начинается с нравственного тезиса: люди важнее. А заканчивается советом повышать людям доходы, тогда они получат образование, создадут технологии, и держава станет сильнее. Так всё-таки – люди важны сами по себе, или только как средство улучшения державы? «Не обязательно расширять политические права», угу. Поставим человека в центр государственной политики – как скот в хлевах "Мираторга": будем холить, нежить, чесать под брюшком, чтобы давал хорошие надои и упитанных телят на качественные стейки. Человек должен стать главным получателем благ, да. А решать, какие блага ему нужны, будет начальство. Кто ж ещё? Вопрос: с чего государство начнёт заботиться о благополучии людей, если люди не могут принудить его сделать это? Заменять требование просьбой, надеясь, что начальство услышит и задумается – это метод ребенка. И он соответствует нашей реальности. Политический статус русского человека – вечный великовозрастный ребенок при царе-батюшке. Калачев, знакомый с кулуарами власти, сознательно говорит с ней на её языке: "Мы не просим прав, но если вы хотите сильную державу, то надо вкладываться в людей". Он просит улучшить положение подданных, не ставя вопроса об их превращении в граждан. Но я не вижу у этой просьбы никакой перспективы рассмотрения. Кто был начальником на бюджете, тот понимает, насколько ничтожны просьбы подчиненных просто повысить им зарплату. А ты продай мне что-нибудь, чтобы я это купил: ущерб в случае твоего ухода, или какую-то новую полезную функцию. Повышают зарплату "бетам", обеспечивающим власть начальника-альфы над гаммами – вот им есть за что. Главное ведь, что в начале Калачев правильно адресует вопрос НАМ: что МЫ называем любовью к стране? А к концу обязанность любить людей незаметно передаётся начальству. Тут я и вижу ошибку. Не власть нас, а мы сами должны признать друг друга людьми, чья жизнь и свобода имеют значение. Забота о человеке должна стать нашим собственным принципом и правилом. В том числе тогда, когда мы читаем новости о том, как кого-то опять посадили. Только эта наша собственная, без оглядки на начальство, забота друг о друге может стать фундаментом действительно великой страны – любимой её гражданами как их общее дело, res publica, а не оброк, барщина, тягло и повинность.