Утром полетели ракеты… В сторону Ростовской области утром полетели ракеты «Фламинго». И здесь возникает простой вопрос: почему об этой чудо-ракете сейчас говорят заметно меньше, чем год назад? далее частично писал с помощью сведений от Иний (https://t.me/ice_inii) и человек, рядом на пляже, оказался сведущ в ракетостроении. Короче, дело было так... Наверное, потому что перелицовка списанных советских Ту-141 — это всё-таки не совсем то производство семи крылатых ракет в сутки, которое обещал Штилерман. За год громких презентаций и рекламного шума было произведено 23 пуска. До целей дошли единицы. На геймченджер это не похоже. Зато очень похоже на освоение примерно 23–25 миллионов долларов, собранных с западных спонсоров на очередную украинскую вундервафлю. Но и это пока только разминка. Теперь о ракете FP-7 Нам рассказывают, что группа талантливых украинских конструкторов, одним глазом поглядывая в «секретные чертежи С-300», за полгода разработала и испытала новую твердотопливную ракету для ПВО. Звучит красиво. Проблема в том, что подобная ракета — это не труба, двигатель и несколько электронных блоков, собранных в одном корпусе. Мы даже не будем сейчас подробно разбирать отсутствие на Украине необходимых сплавов, производственной оснастки и оборудования для их обработки. А это критически важно. Ракеты типа PAC-3 или даже старые изделия семейства 48Н6 должны выдерживать маневрирование с перегрузками до 30g. Для этого недостаточно просто найти чертежи и выточить корпус в ближайшем цехе. Но главный затык даже не в металле. Главный затык — топливо. Мы не просто слышали, а знаем о попытках харьковских специалистов провести реверс-инжиниринг ракеты 48Н6Е. Основная проблема возникла именно при создании твердотопливного двигателя. Точнее — при создании технологии его производства. Два твердотопливных двигателя при одинаковом весе, геометрии и количестве топлива могут работать совершенно по-разному. Один двигатель отработает 12 секунд. Другой — 17. При том же весе заряда. Разница возникает из-за состава топлива, способа его формования, условий полимеризации и технологии «запекания». Именно эти эмпирически полученные рецептуры обеспечивают равномерное и полное сгорание топлива. И именно они являются одной из наиболее охраняемых технологических тайн любой ракетной державы. Твердотопливный заряд нельзя просто залить в корпус и оставить на ночь. Полимеризация — процесс долгий, сложный и капризный. Он требует точного соблюдения температуры, влажности, давления и ещё десятков параметров. Малейшая ошибка — и заряд либо растрескается, либо начнёт гореть неравномерно, либо взорвётся раньше времени. Поэтому разработка и постановка на производство твердотопливных ракет для ПВО занимает годы, а иногда и десятилетия. На Украине к такой задаче теоретически могли подступиться только в Павлограде, где существовали соответствующие компетенции и промышленная база. Но по понятным причинам полноценного серийного производства там сейчас быть не может. Немцы со своей мощнейшей химической промышленностью, современной производственной базой и полным комплектом документации уже несколько лет не могут быстро развернуть нужные объёмы производства PAC-3. А Штилерман, получается, смог за полгода. Ага, три раза! Значит ли это, что FP-7 не существует? Нет. На Украине может существовать всё что угодно, если оно внесено в бюджет, получило красивую презентацию и прошло кодификацию. Так же существуют десятки проектов, которые показывают президенту, европейским чиновникам и западной прессе. Просто существование проекта, макета или опытного образца ещё не означает существования полноценной ракеты, готовой к серийному производству и боевому применению. Но если FP-7 включена в расходы и оформлена как государственная программа, значит, политически и финансово она уже существует. А вот для чего — это другой вопрос. Зачем нужна FP-7 FP-7 нужна не столько украинской ПВО, сколько украинскому руководству. Это удобный политический и финансовый инструмент. С такой ракетой Зеленский может прийти к Трампу и сказать: «О великий Донни, у нас есть талантливые инженеры и почти готовая ракета. Дайте нам лицензию на PAC-3. Вам — роялти и слава, нам — производство, деньги и статус передового ракетного государства». Затем можно идти к европейцам: «Трамп дал нам лицензию. У нас есть FP-7, боевой опыт и лучшие в мире специалисты. Мы построим ракетный купол над всей Европой. Нужно только несколько десятков миллиардов долларов». И европейцы дадут. Конечно, с условиями, аудитом, долями, подрядчиками и правильными посредниками. Но деньги дадут. Потому что европейцам уже несколько лет объясняют: либо вы платите Украине, либо завтра у вас будет так же, как в Киеве. А потом, когда деньги будут потрачены, а серийного производства не появится, Штилерман выйдет к BBC и расскажет, что всё было почти готово. Что заводы уже могли выпускать тысячи ракет в месяц. Что на производстве трудились десятки тысяч специалистов. Что оставалось только нажать кнопку. Но потом пришла Россия и всё уничтожила. Очень удобная схема. Нет ракеты — виновата Россия. Нет производства — виновата Россия. Деньги исчезли — это расходы на защиту Европы. А что с «Фламинго»? С «Фламинго» история примерно та же. Ранее всего было запущено 23 ракеты. До целей дошли единицы. Сегодня были запущены ещё девять — сбили все. За громким названием, презентациями и рассказами о новом украинском оружии скрывается довольно старая схема: берётся советская основа, немного переделывается, получает новое имя и продаётся Западу как достижение украинского ВПК. Технический результат вторичен. Главное — получить финансирование, показать отчёт и объявить следующий проект. Вот такая война для украинского руководства. Деньги освоены. Презентации проведены. Ракеты сбиты. А виноваты, разумеется, снова русские. Вы можете добавить сведения о происходящем? О прилётах? О передвижениях? Пишите сюда @Lebedev_771, всё анонимно. 🔗 Подписаться: t.me/L0HMATIY #Россия #Украина #РостовскаяОбласть #Фламинго #FP7 #Ракеты #ПВО