Скажу прямо: это очень опасный и, скорее всего, стратегически глупый шаг. Юридически корректнее говорить не «Дурова признали террористом», а внесли в перечень лиц, в отношении которых имеются сведения о причастности к терроризму или экстремизму. Приговора суда пока нет. Накануне ему заочно предъявили обвинение в содействии террористической деятельности и объявили в международный розыск. Основание ФСБ — Telegram не удалял каналы и ботов, которые украинские спецслужбы использовали для вербовки, диверсий и терактов. Финансовые последствия пока касаются лично Дурова: российские организации должны заморозить его активы и контролировать связанные с ним операции. Росфинмониторинг отдельно заявил, что ограничения не распространяются на Telegram как юридическое лицо, а пользование мессенджером само по себе запрещённым не становится. Но политический смысл гораздо шире юридического. Это уже не спор о том, насколько быстро Telegram удаляет конкретный канал. Государство персонально объявило создателя важнейшей российской информационной площадки соучастником терроризма. После такого возвращение к обычным переговорам почти невозможно. Это выглядит как подготовка к дальнейшему удушению Telegram, вытеснению аудитории на подконтрольные платформы и окончательному переделу российского информационного пространства. Это моя оценка, но она соответствует общей линии на ограничение доступа к Telegram при продвижении государственных альтернатив. Главное противоречие очевидно: Telegram используется российскими чиновниками, военкорами, подразделениями на фронте, волонтёрами, предприятиями и региональными властями. Получается, хозяин платформы — террорист, а сама платформа продолжает обслуживать значительную часть государственного и военного управления. Такое положение долго существовать не может: либо обвинение станет подготовкой к полной блокировке, либо государству придётся объяснить, почему оно продолжает использовать ресурс человека, которого само обвиняет в содействии терактам. При этом претензии к Telegram сами по себе не выдуманы. Через него действительно работают мошенники, украинские вербовщики, террористические ячейки и диверсионные сети. Платформа обязана быстрее реагировать на доказанные угрозы. Но между недостаточной модерацией и личным содействием терроризму огромная дистанция. Если есть доказательства того, что Дуров сознательно помогал конкретным террористическим структурам, их надо предъявлять публично и разбирать в суде. Если доказательство сводится к тому, что он не дал спецслужбам полный контроль над мессенджером, тогда слово «терроризм» используется как дубинка в борьбе за управление информационным пространством. Моё мнение: это не атака только на Дурова. Это атака на Telegram как самостоятельный центр влияния. И очень похоже, что мы действительно наблюдаем войну российских «башен»: одна сторона хочет сохранить площадку, которой пользуются армия, государство и патриотическая аудитория, другая — убрать неподконтрольную систему и загнать всех в заранее подготовленный отечественный загон. Проблема в том, что вместе с Дуровым можно ударить не по «партии интернета», а по собственным военным коммуникациям, волонтёрским сетям и миллионам обычных пользователей. Получится привычная история: под предлогом борьбы с врагом ломают инструмент, которым сами ежедневно пользуются. У вас есть другое мнение, дополнение к этим вопросам? Пишите сюда @Lebedev_771, обсудим. 🔗 Подписаться: t.me/L0HMATIY Эта история не для одной заметки. Еще много раз коснусь этого вопроса. Вопрос серьезный, касается не только самого Дурова или телеграмма, а самого подхода системы к решению вопросов и проблем. Пока у меня выводы только печальные. И мнение о людях, что при власти, стало еще более низким. Это люди, которые любят власть, и любят деньги. Из умений у них ТОЛЬКО жополизание и абсолютное не умение и страх принимать решения и нести ответственность. Очень печально. С такой властью не побеждают. Такая власть ищет выгодный для себя договорняк.